Христос Воскресе!
Проповедь Всемирного Покаяния. Сайт отца Олега Моленко - omolenko.com
  tolkovanie.com  
  omolenko.com  
  propovedi.com  
holy.city - сайт о ВОЗВЕДЕНИИ БОЖЬЕГО ХРАМА В ДОМИНИКАНСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ!
  Избранное Переписка Календарь Устав Аудио
  Имя Божие Ответы Богослужения Школа Видео
  Библиотека Проповеди Тайна ап.Иоанна Поэзия Фото
  Публицистика Дискуссии Библия История Фотокниги
  Апостасия Свидетельства Иконы Стихи о.Олега Архив
  Жития святых Книга отзывов Исповедь Статистика Карта сайта
  Молитвы Слово батюшки Новомученики Пожертвования Контакты
Главная страница сайта Печать страницы Ответ на вопрос Пожертвования Персональный видеоканал отца Олега Вниз страницы Вверх страницы К предыдущей странице   К вышестоящей странице   К следующей странице Перевод
МИР ВСЕМ МИЛОСТИВЫМ, ЩЕДРЫМ И МИЛОСЕРДНЫМ!
Дорогие читатели, прошу вас оказать милость и поучаствовать своим пожертвованием в Божьем деле - возведение первого православного Храма в Доминиканской Республике! Вы не обязаны этого делать, но можете! Для этого достаточно зайти по данной ссылке и перевести деньги на церковный счет в соответствии с указанными реквизитами банка. Там же можно прочитать подробнее об этом проекте.
И да благословит вас Господь обильным благословением за ваше щедрое сердце!


ВКонтакт Одноклассники Facebook Twitter Google+ Blogger Livejournal Яндекс Mail.Ru Liveinternet

Григор Нарекаци. Книга скорбных песнопений. Главы 25 - 30


Для прослушивания рекомендуем установить flash-плейер:

Get Adobe Flash player



Глава 25



Слово к Богу из глубин сердца



1

Но поелику сверх стольких бедствий,
[Выпавших на долю] мне, злополучному и несчастному,
Громоздятся одна над другой
Беды, из коих в предыдущих главах
Отображена лишь толика [малая],
Посему изменится лад речей моих,
Но не оплакивание напастей моих.

2

Ибо дни жизни моей очень похожи на разъяренное море,
Где душа моя в этом мире, в обиталище тела
Подобна челну, качающемуся
Под ударами несметного множества валов.
Пророк Исайя по примеру сему изобразил
Внезапное разрушение ордами персов Иерусалима и Самарии.
Так что не большой был грех
Уподобить это крушению души моей.
Ибо, покуда шел я по жизни беззаботно, прямо и уверенно,
Слегка опасаясь лишь злоключений,
Вспоминая [о них] в краткую пору между трудами и отдохновением –
Будто я уже достигнул его, –
Грянула зима, наступила в пору летнюю,
Налетела с вьюжными метелями и нарушила
Покой бурным натиском.
И челн утонул под ударами лютых волн,
Уключины весел сломались,
Мачта высокая была сорвана с места,
Крылья паруса стали лохмотьями, их уже не сшить;
Померкло благолепие сооружения,
[Туго] натянутые канаты лопнули,
Накренилась смотровая вышка на носу,
Снасти веревочные оборвались,
Исчезла надежда на якорь,
Расшатались толстые связки обоих креплений,
Искривились дышла правила,
Потонул остов, подпирающий дно,
Основание руля погрузилось [в воду],
Приспособления для передвижения были сломаны,
Подпорка дна корабля тут же рухнула,
Спайки на корме разодраны на части,
Исподняя часть чрева корабля
Пришла в негодность,
Края стенок кормы, расшатавшись, распались.
Великолепные ложа, упав, потонули,
Стройный остов опустился на дно,
Одр отдохновения был перевернут,
Обшивка из досок сорвалась с места,
Скреплявшие их гвозди были вырваны.
Плоды всего этого, словно памятник плача,
Уподобились мне.
Корабельщик перед кораблем в смятении скорбит,
Приложив перст к устам, льет потоки слез.
Небольшие обломки, [после бури] оставшиеся,
Качаясь на гребне морских валов,
Подобно тварям умирающим,
Жалобно и горестно стонут без конца.
И посему, если я скажу, что корабельщик добрый
Оплакивает с воинством небесным
Потонувший в море жизни сей
Ковчег познаваемого бытия моего,
То вовсе сие – не отступление от точности.
Ибо воистину милосердный Господь
В пример [всему] роду людскому
Оплакивал родича похороненного.
Плакал он над ним и над Иерусалимом заблудшим,
А также над Иудой бесноватым.
Двое из них потеряли надежду,
По примеру, сходному с кораблем поврежденным,
А первый, [уже] достигший дна бездны,
С нитью надежды рукой вседержителя
Невредимый был вынесен [и обрел] покой.

3

Возможно ль хоть раз увидеть мне
Многажды сломанный ковчежец тела моего обновленным?
Возможно ль увидеть мне разбитый корабль скорбной души моей исцеленным?
Возможно ль увидеть меня, разлученного большим расстоянием,
Вновь воссоединенным [с Тобой]?
Возможно ль увидеть вновь ликующим
Многострадальное сердце мое, [сердце] скорбящего?
Можно ль уповать лицезреть навек разрушенный
Образ естества моего вновь украшенным?
Можно ль увидеть мне, злополучному,
Разрушенную скинию вновь восстановленной?
Можно ль уповать вновь увидеть меня,
Отверженного узника, освобожденным?
Можно ль, наконец, мне надеяться,
Что вновь оправлюсь я –
Я, лишенный света благодати Твоей?
Ужель увижу я присущее сиянию Твоему благолепие
Проявленным ко мне милосердием?
Увижу ль я когда души своей загрустивший лик улыбающимся?
Ужель услышу я вместо звуков рыдания благую весть, посланную мне?
Ужель узрю снова в целости себя я – чаша, разбитая десять тысяч раз?
Ужель увижу я окнами очей разума моего
Истребленными моих долгов рукописания?
И не станет ли день тоски моей
Благостной зарей дарованного мне очищения?
Ужели пойду я на торжество под сенью света ведомый Тобой?
Ужель оживут омертвевшие и иссохшие косточки мои,
Ожившие, как у Иезекииля под влиянием могущественного Духа [1]?
Ужель еще раз я смогу взглянуть на Храм Твой Святой,
Как вскричал пророк из чрева кита [2], –
Я, лишенный света и охваченный стыдом пред Тобою?
Ужель грядет восход для меня, вскормленного во мгле и уже померкшего?
Ужель выпадет мне, страждущему вечно в холоде,
Увидеть приближение весенней поры?
Ужель увижу я капли дождя, что зазеленят луг моей души?
Ужель узрю я, отвергнутая дикая овца,
Опять себя в пастве доброй воли Твоей?

4

И поелику, как сказал Иов,
Окружают меня тенета бедствия,
Чрез которые пройти я не смогу,
Коль сверкнет мне луч соучастия благодатной воли Твоей
И раскроются врата милосердия Твоего,
Распространятся лучи славы Твоей,
Проявится промысл длани Твоей
И от солнца Твоего разольется день жизни,
Обнажится вожделенное зрелище утра Твоего,
Потечет родник щедрот благости Твоей,
Проструится ручей из ребра Твоего, о создатель,
Просочится по каплям любовь Твоя нетленная,
Явится восход благовестия о милостях Твоих
И зацветет древо даяний Твоих,
Будут розданы останки благословенного тела Твоего,
Исполнятся малые чаяния,
Зазвучит, Господи, Твой замолкший глас приветствия,
Отдалившийся покой Твой приблизится –
Тогда присноблаженною долею своей,
Твердо надеясь, уверую я,
Уповая на Святый Твой Дух,
Коему вместе с Отцом Твоим
Поклоняются [все] сладкозвучно,
[Коего] прославляют вместе с Тобой – светом неприступным,
Что дарованы будут мне, многогрешному, жизнь и блаженство
Вместе с искуплением грехов.
Сохраняя в себе, как залог нерушимый,
Как обетование памяти истинной о даре нетленном,
Именем Твоим неизреченным, грозным величием всемогущим,
Святой и единой неисповедимой
Троицей владетельной ипостасей,
Которая и есть Ты, по природе своей и сущности,
Увенчанный, украшенный благоволением, милосердием, человеколюбием.
Царящий присно в вечной высоте.
Да, благий, Ты властен над всеми, во всем и над всем,
Тебе подобает слава днесь и вовеки,
А в грядущем, в день грозный пришествия
Вечность присная. Аминь!

 

 

 

Глава 26



Слово к Богу из глубин сердца



1

Днесь я поистине встал во главе сонма
Собравшихся на торжество печальное,
Тех, кто поет плачевные песни-плачи,
Тех, кто с гласом рыданий соразмеряет слова,
Завершая буквой одной все строфы ,
Дабы сильнее щемили они, бередили боль сердца скорбящего,
Кое жаждет излиться [потоками] слез.
Их стенаниями вместе с ними и я
Раскрою в жалобных воплях муки души моей,
Еще не совсем умершей для мира
И не подлинно живой для Бога,
Не вполне горячей
И не вовсе холодной, –
Как [речено] в притче евангелиста, записанной им в Откровении [1], –
Что трижды ненавистно Святой Троице и всевидящему Творцу.
Се есть слог, подобающий скорбным писаниям,
Кои кажутся вдвое жалостнее,
Поелику страдания изображаются
Через связанные определенной буквой созвучия.

2

От долга в талантах отрекшийся [раб] был тотчас же наказан [2],
И я, ничтожный, за дурные дела, свои буду предан [каре] по правде:
Неизбежно, вдвойне осужденный расточитель сокровищ царских,
Перед великим [Богом] вечный ответчик,
Я должен талантов тьму, но не имею и унции.
Без заступника связан я и заключен в темницу жестокую,
Изведал в узилище мрачном горе и недуги тяжкие –
Жалок я, страждущий, без пищи и приюта.
Здесь я избрал для себя иные напевы плачевные,
Кои словами этими обратил в вопль горестный,
В мерном порядке располагая их и завершая
Числом таинственным и неделимым – двойною десяткою
Горнило нищеты бушует [пламенем] со всех сторон,
Взят я в залог, сердцем истерзанный и беззащитный;
Я – человек многогрешный, с душою смятенной, неблагодарный,
Взыскует ответа с меня [Господь], иск предъявив беспощадный.
Сокровенные чувства мои язвит оружие греха и смерти,
Я пленник пороков своих, навсегда их власти преданный,
Острый меч ужаса терзает все мое естество,
И даже отсель, как вспомню я страшный суд,
Помраченным очам судилище видится тьмою кромешною;
Я, жалкий, беспомощный узник сомнений.
Вижу лик страшный – образ всевышнего.
В тартаре бессолнечном и неприютном
Мучусь я, безнадежно заблудший, в геенне огненной,
Погиб навечно я, в бездну грехов погруженный.
Вот оно, серебро отверженное мое, –
Что никогда не будет в чести,
Не будет принято и сосчитано в сокровищнице Господней, –
Молитва нечистая и рука оскверненная,
Недостойная дары подносить.
Но с сердцем разбитым и перстами дрожащими
В надежде на избавление,
Лицом к земле припав, молю Тебя, матерь Иисуса,
Будь заступницей мне, грешному, царица небесная,
Вымоли мне отпущение грехов, о спасительница жизни могучая,
И пусть с земли к Тебе вечно возносятся
Благоухания ладана и масел душистых.

3

Днесь к сплетению плачей моих добавив еще одну часть,
Я в дар благдетелю милостивому принес обильные слезы свои,
Измеряя глубины погибели моей,
Никогда не мог узнать, сколь она велика,
И когда представить ее постарался я в кратких словах,
То, даже ускорив [взмахи] крыльев мысли моей, не постиг ее сути.
[Поелику] рассудок мой повержен [грехами] несметными,
Я чашу гнева взял в руки
И горечь сомнений испил, будто смерти отведал.
Ныне о тьме прегрешений гласом жалобным песнь я слагаю;
Жгучий пламень жаровни невидимой,
Все сильней разгораясь, не стынет во мне,
Бушует бурно и негасимо плавильня незримая.
Острия стрел, отравленных ядом, вонзились в глубины сердца,
Боли резкие, язвящие и смертельные, проникли во все ткани печени.
Бессилие мук родовых мешает быстро разрешиться чреву,
Непреоборимый лекарствами жар [жжет] обе почки мои,
Едкая горечь желчи подступила к вратам гортани моей,
Вопли отчаяния с силой звучат в глубинах моего горла.
Все множество частиц, что составляют мое естество,
Как враги вступили друг с другом в бой,
Им, одержимым страхом сомнений, повсюду мерещится угроза,
[Хоть и] родные, [но] предатели, непримиримы они в сече;
Ни живой и ни мертвый, я в тину мерзких грехов погружен;
Робко, [в сознанье] своей виновности,
К Тебе обращая взор, о благая,
[Молю] из бездны жизни безнадежной
Извлечь меня на свет вожделенный.

4

Да будет увенчан вместе со блаженными писавший речи сии,
Да приобщится он к безгрешным, уповая на милосердие Твое,
Да оживет, облагодетельствованный Тобою, во имя заклания Твоего, о слово – Бог,
Да пребудет над головой дарующего книгу эту
Благословение достохвальных уст Твоих
И да утвердится пожелание соломоновой книги притч [3].
Запечатлей образ Твой в [этой] книге, всевышний,
Ради нетленного обновления.
Ибо один лишь Ты всепрощающ и долготерпелив.
Слава Тебе от всех. Аминь!

 

 

 

Глава 27



Слово к Богу из глубин сердца



1

И коль скоро я приноровил к вознесенным скорбно звучащим
Рифмоплетениям плач и стенания, стоны тоскливые,
Рыдания горькие и песни слезные,
Вновь начну я здесь речи-молебствия покаянные, жалостливые,
Ясно выражу сокровенное,
Дабы первые и конечные слова
Были в согласии – единой мольбой в общей молитве,
И со смирением душеспасительным приложу сюда.

2

Грешен пред Тобой, о великий благотворитель,
Ничтожный я, грешен,
Грешен пред Тобой, Ты, луч рассвета,
Мрак я и грешен,
Грешен пред безбрежной благостью милостей Твоих,
Поистине грешен,
Грешен пред любовью Твоей, о милосердие небесное,
Явно я грешен,
Грешен пред Тобой, создающий из небытия,
Да, точно я грешен,
Грешен пред несравненным простором объятий Твоих,
Недостойный я, грешен,
Грешен пред Тобой, обладающим светом безбрежным,
Лукавый я, грешен,
Грешен пред вкушением неисповедимой сущности Твоей,
Многажды грешен,
Грешен пред Тобой, дарующим непостижимые милости,
Постоянно грешен,
Грешен пред восхваляемым телом Твоим Божьим,
До смерти грешен,
Грешен я, Творец, пред обожаемой кровию Твоей,
Доподлинно грешен.
Вот воистину благословен отрывок главы сей;
Это «грешен я» вселяет в сердце надежду,
Оно чтится как залог, как памятный завет и даяние отчее,
Праотцев закон, всеобщий припас,
Неопровержимое слово, всесильный ответ, мост жизни,
Угодное вышним, излюбленное святыми,
Связь нерасторжимая, голос чудесный,
Непоколебимая основа, мольба вожделенная,
Желанный алтарь, глас отчаяния, снадобье от грехов,
Гонитель жестокости, книга язычников, устав благочестивых,
Древнейший канон, родной для христиан.
Победитель сотворения, средостение мощное, пропасть великая,
Искусство воздвижения, глубь неизмеримая, видение дивное,
Тайна сокрытая, никому не доступная,
Кроме лишь скорости мысли строптивой.
Глас благоприветливый и изумительный,
Не упоминавшийся в последнем решении
О сонме отверженных.
Может, при сем отменен был бы приговор
Правый, [зовущий] к мести и смерти,
Вследствие чего, ставши негодными,
Будут уничтожены установления вечные.
Украшение славы великой им увенчано,
Им благоденствует само Божество,
Ибо кто же, обратившись к алтарю священному
И ухватившись за роги его,
Тотчас не спасся от кары, не стал непорочным?
И если Ахар, Зармия сын, и Кисов сын Саул,
Иуда Симонов , говоря: [«грешен я»], не оправдались,
То свидетельствую я и по праву признаюсь в том,
Что те, кои каются против воли своей под насилием, –
Любовь [у таких] несовершенна,
Следовательно, и спасение неокончательно.

3

Я же признаю по воле своей, повторяю вновь
Блаженные слова, столь родные мне по крещению.
Грешен я, что позабыл благодеяния Твои,
Снова я грешен,
Грешен, что рукой плотской душу поразил,
Глупый я, грешен,
Грешен я в вероломстве пред жизнью Твоей,
Воистину грешен,
Грешен в пренебрежении к слову Твоему,
Нещадно я грешен,
Грешен, что стремился ко дню гибели своей,
Ничтожный я, грешен,
Грешен, виновный в собственной смерти неживой,
Злополучный я, грешен,
Грешен, непочтительный пред величием Твоим,
Гадкий я, грешен,
Вот снова последнее набожное стенание мое –
Ведь увидел себя я погибшим и падшим,
Ибо изгнан я был невозвратимо,
Ибо, [будучи] сыном, стал считаться врагом я,
Ибо с высей небесных был я низвергнут,
Ибо тернии жизни [одни] накопил я;
И все более скорбными стали плачи мои,
Ибо сам себя опорочил я,
Ибо стал капищем погубителя.
Есть еще одна лютая печаль на сердце [моем]:
Считают меня не тем, кто я есть,
Внешне красивая чаша нечистая, стена мерзкая побеленная;
Я, разряженный в суетность славы, ставший тьмою свет,
Несчастливый глаз, в коем есть бревно,
Светильник славы я погашенный,
Причиняю я вред всем, всегда и во всем:
И страстям Господа нашего,
И явлению божественному,
Видениям, сотворенным рукою Творца,
Смирению ужасающему, а [также] тому,
Что видел я сам своими глазами,
За это я в большем ответе,
Чем за Евангелие все.
[Вот что ныне приносит мне] удивление, и восхищение,
И беспокойство гнетущее.
Заботы необъятные, обилие неисчислимое дум,
Восхождение неосуществленное, нисхождение неустойчивое;
Отчаяние должное, укор заслуженный, глумление сообразное,
Отлучение справедливое, проклятие, достойное воздаяния,—
Вот таковы укоры мне, [мне], грешному,
И мучения, коими себя я караю.

4

И поелику все мои грехи властен отпустить [один только] Ты
И вылечить меня, ужаленного смертью,
Владыка благостынь, Бог [сущего] всего, Христос-Царь, Отца Вышнего Сын,
Творец милосердный, Благодавец, Благословенный, Щедрый, Изобильный;
Страшный, Могущественный, Сострадательный,
Попечитель, Вспомогатель, Создатель;
Избавитель, Исцелитель, Животворец, Долготерпеливый, Незлобивый, Упование;
Достохвальный Врачеватель Небесный, Неисповедимый Свет, Жизнь,
Воскресение, Обновление, Искупление.
Коли воззришь человеколюбиво,
Что свойственно Тебе, –
Глядя на Тебя, стану рыдать и я,
Коль прислушаешься – стану вздыхать я,
Приклонишь уши – стану умолять,
Коль станешь внимать – начну бить челом,
Ежели простишь – мольбу вознесу,
Обратишься ко мне – возопию я.
Но ежели Ты пренебрежешь мной – то погибну я,
Коль с ног собьешь меня – стану плакать я,
Коль не одаришь спасением души – я умру [тотчас],
А если гневный покажешь свой лик – изведусь вконец,
Коль станешь грозить – затрепещу я,
С омерзением глянешь – в ужас я приду,
Коль ожесточишься – я содрогнусь,
Станешь преследовать – сетовать начну,
А ежели наземь низвергнешь меня – буду отринут
Коль не погасишь отчаяния пламя – в тревогу впаду,
Коль в ярость придешь – и я обращусь в бегство,
А ежели станешь угрожать мне – уничижусь я,
Захочешь чем-то испытать меня – каменуют меня, Е
жели грозно воззришь на меня – пойду я ко дну,
Коль не пощадишь – буду отлучен,
Коли призовешь – усомнюсь я,
Коли вперишь взгляд – устыжусь я,
Коли крикнешь мне – устрашусь я,
[Все это за то], что отрекся я от заветов благих,
Блаженство отверг, бросил милости, нарушил обет,
Предал забытью залог жизни я,
Порастерял я дерзновение с верою,
Разгневал Тебя, Творца сущего.
Неизреченную благость я попрал,
И исказил я изображение славы.
Но ежели Ты, Господь Иисус Христос,
При сих сетованиях боли и удуший смерти
Явишь мне благость человеколюбия,
Чтоб исполнить на мне слова вдохновенные:
«Исцеление покрывает и большие проступки», мол,
Тем самым всещедрой милостью, вселенной в Тебя,
Светозарный образ Твой, запечатленный [у меня] в душе,
Обретя опять, укреплюсь я, искупив грехи,
И, спасшись, вторично буду создан вновь для бессмертия, непорочности,
[За что] слава вечная Тебе
Вместе с Отцом Твоим и Духом Святым. Аминь!

 

 

 

Глава 28



Слово к Богу из глубин сердца



1

И днесь какие [грехи] открыть или какие здесь мне предъявить?
О каких говорить ныне?
Сколько сокровенных обнародовать или же в каких исповедаться?
Настоящих, кои уже есть, или былых, накопленных мною?
Или грядущих, что грозят уж мне?
[Не рассказать] ли о скользком пути,
С коего я не единожды сбивался?
[Открыть ли грехи], почитаемые мною малыми,
Но кои Бог за большие считает?
Или безобразные, не подлежащие упоминанию?
Ничтожные, кои суть велики,
Или легчайшие, кои суть весомы?
Губительные пороки души
Или умерщвляющие недуги плоти?
Наслаждение в начале пути
Или злополучную гибель в конце?
Невидимые или явные?
Прикасание рукою к [запретному]
Или [пребывание] вдали от него даже дыханием?
Легкие укусы по всей ширине
Или долгое метание стрел?
[Грехи] неизмеримо глубокие
Или же явно всерасточающие?
Многоголовый блуд или неисцелимость недуга?
Откармливание плотью моей зла
Или алкание душою добра?
Ревностность в делах, неугодных Богу,
Или [стремление] к тем же бурным страстям,
Влечение насильно вервием [зла]
Вниз к смерти греховной иль к тщетной надежде?

2

Воистину, как доброхотный безумец,
Сбросив одежды, я выставил срам свой,
Идя против [слов] мудреца,
Мол: «Благоразумные скрывают стыд свой».
Отчужденный от веры, отстраненный от причта,
Нечистый в святости, в непорочности – скверный,
Нечестивец в праведности, в благочестии – грешник,
На словах – близкий к создателю и далекий по нутру своему
Воздающий почести [лишь] устами своими,
Но не сердцем своим, как вещает пророк.
И ежели должно рассказать здесь об ужасах –
Что большая дерзость, чем кара моя, –
Подобен я суетному лжеслужителю Бога:
В смятенном раздумье колеблюсь
На распутье двух дорог к смерти.
Тщусь я, но бесполезно,
Настаиваю, но не добиваюсь,
Спешу, но не поспеваю,
Стремлюсь, но не вижу,
Мечтаю, но не сбывается,
Нуждаюсь, но не выпадает [на долю],
[Хоть] обладаю я всеми земными [грехами],
Сам я – молящийся Богу посланец мира всего.
Но Ты, благодавец, отпусти мне множество [грехов] и забудь;
Тебе легче будет уничтожить их,
Нежели мне – начертать усталой десницей;
Потому и пишу я, [себя] не щадя,
Чтобы великодушно Ты изгладил их, о благословенный,
Ибо из-за нас, грешников, Ты долготерпеливым назван
Словами мольбы скорбящего сердца блаженного Ездры,
Удрученного телом и отчаявшегося душой,
В память о том, что поведал он нам.
Одержимый всеми пороками смертными,
Пав в бездну мерзости и в скверну преисподней,
Я даже не верю, что слышишь меня Ты, как голос Иова.
И вот я, самобичующий пленник, сам себя осудивший,
По доброй воле предал естество свое,
Запретил, закрыл, заказал я себе
Всесторонне все возможности выжить,
Чтоб, спасши меня, грехами оплетенного,
Ты, [присно] хваленый, возвеличился вдвое.

3

И поелику обрел я опыт, вняв пророка благим наставлениям,
Буду молиться я с ним и петь Духом Твоим,
С твердой надеждой на Тебя уповая.
«Возьмите с собой слова [молитвенные], – говорит Осия, –
И обратитесь к Господу-Богу вашему,
И говорите ему: "Ты властен отпустить [все] наши грехи",
Дабы быть принятым во благо,
И будете вкушать вы благо...».
И вот заговорил Бог – кто не услышит его?
Засвидетельствовал сам – кто не поверит сему?
И [слова] сии – указ обожаемый,
Дарованный устав, единосущный закон,
Благовестив жизни, цель Господня, врата доброты,
Призыв к усладе, образ доточный,
Безупречное сокровище, память незабвенная.
Чрез эти [слова] принял я веру,
И отсель с пророком я свидетель тому,
Что Ты властен вполне простить все грехи мне,
Тем став могущественней, возвеличившись вдвое
Над несчастной, разбитой душою моей.
Царишь Ты над всеми, доволен Ты всеми, поспеваешь повсюду,
Побеждаешь насилие всякое, сокрушаешь всякую жестокость,
Изгоняешь всякое противодействие, уничтожаешь всякую грубость,
Попираешь всякую дерзость услаждаешь всякую горечь,
Все невыносимое делаешь приятным,
Все долги прощаешь и прегрешения все отпускаешь.
Ты в силах, о всемогущий, всевластный, всеведущий,
Грехи всех утопить в воде, уничтожить и прочь отмести,
Подобно тому как ничтожная искра –
[Частица] молнии слабой,
Упавши, тонет и гибнет в пучине моря безбрежного.

4

Днесь словами мольбы тех, кто книгу сию прочтет,
Смилуйся во имя креста
И смертных терзаний Сына Твоего,
Отец милосердия,
[Над тем, кто является] первопричиной
Скорбного звука сих напевов плачевных,
Кто уготовил нам снадобье, жизнь спасающее,
Да будет и он исцелен во имя Твое, о всемогущий;
Кто указал нам при условиях сообразных
Исповедания путь,
Да очистится от грехов своих;
Кто гордыни крылья научил нас ломать
По тем же правилам заветов жизни,
Да будет спасен он от жестоких оков
Первоначальных, конечных и средних бед смертных
Благодеяниями Троицы Твоей
Для возрождения и просвещения,
Вместе с ним и мы осчастливимся.

Эта часть молитвы с Богом отвращает противоборствующие силы дэвов и внушенные дэвами недуги.

5

И вот Ты, совершивший все сии чудеса,
Отец тварей всех, грозное имя, страшный глас,
Наименование родное, любимое слово, возвещение чудесное,
Суровый приказ, неисповедимое бытие, неизреченное существование;
Истина безмерная, сила неосязаемая, воля всеблагая,
Власть беспредельная, величие неизмеримое,
Высота непостижимая, множество несметное,
Изобилие недосягаемое,
Причина Сына из-за отцовства, но не из-за предварения;
Ты Сам и чрез Твое могущество беспредельное
Пригрози бесовскому жару лихорадки гнетущей,
Незаметно вкравшемуся [в нас] вместе с грехами,
Дабы вышел прочь он из человека
Убоявшись дивного, бесконечного тока крови агнца небесного,
Окропившись которой однажды стали чистыми все навеки.

6

И вот смиренной скромности Богом дарованного таинства сего
Да устыдится сатана из-за злых деяний посланцев своих;
Пусть терзается он и неволится,
Удаленный и изгнанный прочь во «внешнюю тьму»
Из скинии тела, где обитать должен Ты.
И, осушивши, сотри [следы] скорбных слез с лиц наших
И стенания, стоны горькие [изгони] из сердец наших.
И, вспоминая раны, [нанесенные] гвоздями теми, –
Жестокие, ужасные и смерть несущие, –
Коими пригвожден был единородный Твой Сын
Ко столпу креста, пусть страдает зло.
И сильный удар острого копья, бок пронзившего,
Нанесший [Христу] рану великую,
Пусть сгубит вконец первопричину смерти.
И как преклонил он, испуская дух, славную главу
Ко груди Твоей, всевышний [Отец],
Так пусть будет подавлен бунт злонравного Велиара,
Брошенного всеми на гибель.
И коль, спрятавшись, скрылась правда бессмертная в чреве земли,
То гордыня возросшая мнимого гордеца
Пусть вперит свой взгляд и узрит себя
В мрачной тени смертной бездны ада;
Пусть вспомнит он первый удар неизлечимый,
Убивший муками, жизнь дарующими,
[Муками] всемогущего противоборства яду дракона.
Оттого и во славу Тебе, Отец милосердия,
Все признания мои.
И Сыну Твоему хвала вместе с Духом Святым,
Ибо ни одно из [трех] лиц не обладает
Преимуществом силы перед другими,
А одно лишь слово Твое безначальное, личное
Вместе с Твоим предвечным Отцом прославляем.
И Тебе, единой Троице Святой,
Равно прославляемому господству Твоему,
Единосущной, неделимой ипостаси Твоей
Благословение, восхваление, доблесть
И неизреченное обладание величием, благополучием, покоем,
И равенством равновеликим во веки веков. Аминь!

 

 

 

Глава 29



Слово к Богу из глубин сердца



1

Днесь Ты один – начало всех благ, милосердие неизреченное,
Вознесенный Сын единого Бога,
Тот, кто в течение целого дня
Являл нам пример всепрощения и спасения,
Но не осуждения на погибель;
Преобразивший день несчастья
В великое, полное надежды благовестив мне.
Ты – Врачеватель для меня, болящего,
Ты – Пастырь для меня, овцы заблудшей,
Ты – Владыка для меня, уповающего [на Тебя] раба,
Ты – Вино, не разбавленное для меня, горько скорбящего,
Ты – Елей целебный для меня, израненного,
Ты – Спасение для меня, погрязшего в грехах,
Ты – Благословение доброе для меня, отверженного,
Ты – Печать благодеяний для меня, презренного,
Ты – Помазание на чин для меня, ограбленного.
Ты – Восстановление повторное для меня, ниспровергнутого,
Ты – Защита могущественная для меня, упадающего,
Ты – Помощь высочайшая для меня, соблазненного,
Ты – высокие Врата для меня, колеблющегося,
Ты – Ступени блаженства для меня, несчастного,
Ты – Дорога проторенная для меня, заблудшего,
Ты – Государь, [долги] отпускающий мне, задолжавшему,
Ты – ласковое Обнадеживание для меня, покинутого,
Ты – Поддержка в жизни для меня, отринутого,
Ты – Один лишь Великий, Всещедрый,
Предопределивший обилие благ,
Изливаешь [на нас] щедроты безмерные,
Больше, чем просим иль помышляем мы,
Как говорит в восхвалении Павел.
Ведь Ты завещал нам с раннего утра и до захода солнца
Тогда ж постепенно с сердцем свободным,
Протянув навеки руки друг другу,
Раз четырежды десять, да три, да девять полсотен
Оказывать благодеяния
И даровать друг другу милости.
И это превыше всех чаяний наших.
Но коль со мною, бедным, презренным,
Рядом поставить Твою славу,
Всемогущую силу грозную, благословенный Господи Христе,
Бог всего [сущего],
Какой же мерою иль измерением определюсь я
И сравнюсь я, прах, с Тобою, Творцом?
Поелику тем самым Ты остаешься беспределен, неисповедим,
Доброта совершенная, непричастная ко мраку гнева;
Пред величием Твоим ничтожно [все] множество звезд,
Коим, создав их из небытия, дал Ты имена,
Или же сотворенное из ничего вещество земли,
Рассеянное в воздухе, из коего основал Ты суши просторы.
[Все это ничтожней] малого числа того, прежде упомянутого,
Коим поучал Ты нас быть подобным Тебе.

2

Но вот исчезло и кануло [в воду]
От сияния долготерпеливой воли Твоей
Зло повсеместное, как ничтожный мрак,
Под жарким солнцем рассеивающийся.
И так именно чувства природные
Показывают нравы всеобщие.
Поскольку кто же из людей, согрешив, не раскаялся?
Кто, осквернившись, не устыдился?
Кто, погрешив, не усрамился?
Кто, ошибившись, не упрекнул себя?
Кто [низко так] пал и не сетовал?
Кто соблазнился и не пожалел?
Кто был побежден и не приумолк?
Кто был обольщен и не воздыхал?
Кто, вкусив желчи, не огорчился?
Кто пал с высоты и не поднялся?
Кто, обесславясь, не стал горевать?
Кто, лишившись блаженства, не плакал [о том]?
Кто не опечалился, утратив славы благодать?
Кто, увидя зловредность свою, не бранил себя?
Кто был отлучен от лица Бога и не застонал?
Кто, услыхав Божью острастку, не затрепетал?
Кто тысячу раз о беде одной [своей] не тужил?
Кто не задрожал, раздевшись зимою?
Кто, став нечестивцем, не каменовал совести своей?
Кто в величии своем узрел раба и не досадовал?
Кто, сотворивши зло, не проклял себя?
Кто, осквернившись, не хулил себя?
Кто, учинив срам, не возгнушался плотию своей?
Кто, к бесславию близко подойдя, не проклял свой день?
Кто, вспоминая содеянное им, не краснел [от стыда] ?
Кто, сокровенное перебрав в уме, не был обожжен?
Кто, заметив потаенное, не домогался смерти, гибели?
Кто представил невидимое и не склонился опять до земли?
Кто не примешал к прегрешениям своим
Негасимое пламя горнила?
Кто, [вспомнив] о вреде природе своей, от жажды не сгорал?
Кто, вспомнив вольные злодеяния свои, не помолился о смерти своей?
Кто, [вспомнив грехи], о которых не скажешь, не взволновался?
Кто не горевал о несносных для [нашей] природы [пороках людских]?
Кто из великих [мира нашего] не истлел [во прах]?
Кто из осквернителей целомудрия не был предан огню?
Кто, вспомнив прегрешения свои,
Ставшие причиной изгнания его,
Не встревожился?
Кто, видя гадкую внешность свою,
Не почел себя подсудным гневу всевышнего?
Кто воочию представил главные грехи
И не был поражен оружием смерти?
Кто же [рассказал] о позоре своем
И не смесил вопль отчаяния со звуками плача?
Кто это, лишившись царского трона, Н
е скорчился и на землю не пал?
Кто прахом посыпал голову [свою, сняв] славы венец,
И, замученный, вновь не умер в душе?
Кто не загрустил, будучи одет
Во вретище вместо блестящего платья?
Кто, загубивши [вконец] жизнь свою, не терзался сам,
Слез кровавых не лил?
Кто, во мрак облачившись взамен светлых одежд,
[Скорбя], не зачах?
Кто, проливая слезы над любимой,
Не завял, [как цветок]?
Вот наивернейшее изображение мое, [меня], достойного хулы:
Грустный лик, сияние померкшее, влага иссякшая, иссохшие уста,
Обесславленный образ, душа печальная, искаженный голос, шея согбенная.
Коль [пожелает] кто истину явить –
Не скривит душой, [сказав], что от стыда грехов
Разум не кичится, сердце не гордится,
Томится – не просит наград, жаждет – не молит [ни о чем],
[Вечно] в сомнении, упрекает себя голодающий, справедливо отверженный,
Поистине алчет, по заслугам ударам подверженный,
Приговоривший себя к смерти, заслуживший изгнание,
Жалкий, себя проклинающий.
И это толкуется и показывается [в притче]
Об укоряемом фарисее праведном
И грешном мытаре прославляемом [1].

3

И ныне, если [все] грехи,
Измышленные искусителем,
Который прибрал к рукам нас, оступившихся,
И сеет в нас свое, что будет исчислено в день [судный],
То почему все то доброе, что посеяно в нас,
Чтоб придать душе [нашей] мужество,
Попечительной волею Твоей, о избавитель,
Не исчислишь Ты, Господь милосердный, могучий и побеждающий,
Очищающий грешников, всемогущий спаситель всех?
Коль [захочешь] – Ты бездну превратишь в небеса
Или же мрак ночи в свет преобразишь,
Коль [захочешь] – из горечи желчи сделаешь сладость манны [небесной]
Или же стенания глубокой тоски
В пляску радости свадебного хора превратишь,
Тебе легко и сподручно сделать это,
И даже более Ты можешь сделать, властвуя грозно над всеми.
И слава Тебе во веки веков. Аминь!

 

 

 

Глава 30



Слово к Богу из глубин сердца



1

Днесь да сбудется слово милосердное Твое –
Боже всех, благословенный и снисходительный, –
О грешнике, что, многажды согрешив в течение дня,
Раскается и обратится к Тебе,
Пусть коли даже выбор сделан
При вздохе последнем его,
Либо обратится он во время злодеяния,
Тем паче что жестокий, самовластный мой сообщник –
Это вечно лгущий ратник,
Приверженный к обману обольститель,
Пасущий ветры, согласно притчеслову,
Трудноуловимый для создателя беглец,
Пленник ловца порочного моего тела,
Врожденный его противоборник,
Находящийся в смятении великом,
Из-за многих и разных причин,
Несчетное множество коих
Известно одному лишь Тебе.
Но за грехами следуют жалобные рыдания,
Безнадежные, мучительные и горестные;
К Тебе, о Господи, обращаю я –
Устыженный и страждущий от грехов неисчислимых,
Гнусных и опасных, –
Мои слезами написанные мольбы,
Стенания, сострадания достойные.

2

Но дабы повторения мои не превратились в многословие,
Я [сделаю речь] свою еще более плачевной,
Ибо никогда [грешник] не дерзнет просить
Царства [небесного] для себя,
Но лишь облегчения страданий,
[Будет молить] о жизни
Не с живыми средь света,
Но с погребенными – средь тьмы,
Не с вознесенными,
Но с сокрушенными и смиренными.
Во время отдыха своего он утомлен,
На пиршестве печален;
На челе улыбка, но душа уязвлена,
Лицо смеется, но в глазах скорбь,
Внешне являет спокойствие,
Но слезы доказуют горесть сердца.
В обеих руках его по кубку.
Один – с кровью, другой – с молоком;
Две кадильницы с горящими угольями:
Одна [курится] ладаном, другая – смрадом;
Сосуды, содержащие два вкуса:
В одном – сладость, а в другом – горечь;
Пара ковшей с двумя назначениями:
Один – для слез, а другой – для серы;
Чаши, несомые кончиками пальцев:
В одной – вино, а в другой – желчь.
Врата зрения, несхожие [друг с другом]:
Одни – для плача, другие – для заблуждения;
Плавильные печи с противным действием:
Одна – разжигает, а другая – гасит;
Два лика видимых [выражают]:
Один – толику ласки, а другой – гнев нещадный;
Две руки, вверх воздетые:
Одна – для удара, другая – для осуждения;
Лица с двумя выражениями:
Одно – грустное, а другое – гневное;
Две укоризны вместо одной:
Одна для земной жизни, другая – для будущей;
Два упования сомнительных:
Одно – «хотя бы», другое – «быть может»;
В одних устах два крика:
Один – сожаления, другой – возмущения;
Два чувства в сердце одном:
Одно – сомнительной надежды, другое – верной потери.
Туча сизая, страшная, с двумя ливнями:
Один [мечет] стрелы, а другой – камни;
Гром грозный с двумя исходами:
Один – град, а другой – огнь поедающий;
Ночь горести с двумя печалями:
Одна – для плача, другая – для смерти
Утро скорби с двумя воплями:
В одном [слышны] укоры, а в другом – угрозы;
Два солнца на двух концах [света]:
Одно – темное, другое – жгучее.

3

Коли поднимется десница для удара,
Сочтет, что для него;
Коли же рука дарующая,
Не помыслит о себе;
Коли кто-нибудь возгордится,
Он согнется;
Коли кто-нибудь поднимет голову,
Он будет угнетен;
Коли упомянут о зле,
Он зарыдает;
Коли заговорят о святых,
Он устыдится;
Коли станут рассказывать об умерших,
Он содрогнется.
Коли кем-нибудь благословен будет открыто,
Втайне проклянет сам себя;
Коли от кого-нибудь услышит похвалу,
Станет себя, порицая, хулить;
Коли его жестоко осудят,
Сам будет свидетельствовать о себе;
Коли его грубо осмеют,
Почтет это небольшим воздаянием
За большие свои долги;
Коли услышит, что смерти ему желают,
Скажет «да» и снова его повторит;
Коли огнь смерти загудит в небесах,
Он едва поднимет лицо.
Закрыта книга прав его,
Потеряна надежда на оправдание,
[Путь] смелому шествию его загражден.
И коли бы гибель пленника [добровольная]
Не была неискупимой,
Он не медлил бы умертвить себя.
Поистине горе грешнику,
Что, колеблясь, стоит меж двух дорог,
Согласно слову мудреца,
Исполненному Духа Святого.

4

Ныне, как можешь не сжалиться Ты, о сострадательный,
После стольких горестных, скорбных моих стенаний –
Ты, что словами «Я милосерд» возвеличился!
Вот моей злобе пленного противостоит Твоя доброта,
Моей горечи смерти достойного – Твоя сладость,
Твой луч, дабы найти меня, потерянного.
Вот моей наглости заблуждающегося противостоит Твое милосердие,
Моему жестокосердию грешного – Твоя кротость.
Десница Твоя, дабы помочь мне, погибшему,
Длань Твоя, дабы вытащить меня, утонувшего,
Перст Твой, дабы раны мои незарастающие исцелить,
Дух Твой, дабы защитить меня, устрашенного.
Вот моей дерзости неблагодарного противостоит Твое долготерпение.
Могущество Твое, дабы помазать меня, наижестокого,
Приказание Твое, дабы очистить от грехов меня, преступного,
Стопа Твоя, дабы дать убежище мне, бежавшему,
Рука Твоя, дабы оказать мне, стремительно мчащемуся, покровительство,
Свет Твой, дабы предводительствовать мне, заблудившемуся,
Мудрость Твоя, дабы найти выход мне, колеблющемуся,
Благословение Твое, дабы вновь обрести меня, проклятого,
Поощрение Твое, дабы ободрить меня, отчаявшегося,
Чаша Твоя, дабы утешить меня, скорбящего,
Воля Твоя, дабы дать приволье мне, притесненному,
Любовь Твоя, дабы призвать меня, ненавидящего,
Слово Твое, дабы укрепить меня, колеблющегося.
Вот капля крови Твоей пред моей душой израненной.
Скоплению невидимых недугов моих – помавание ока Твоего,
Власть Твоя, дабы снова избрать меня, потерявшего упование,
Участие Твое, дабы снова привить меня, отсеченного;
Вот сияние жизни Твоей предо мной, покрытым мраком смерти,
Мир Твой, дабы успокоить меня, мятежного;
Вот пред моей отчужденностью дикой Твое приветствие
И голос Твой, дабы обратить меня, заблуждающегося.
Ты властвуешь над всеми милосердно,
Нет в Тебе никакой тьмы, и нет без Тебя добра,
И подобает Тебе слава вечная. Аминь!

 

 

 





Главная страница сайта Печать страницы Ответ на вопрос Пожертвования Персональный видеоканал отца Олега Вниз страницы Вверх страницы К предыдущей странице   К вышестоящей странице   К следующей странице Перевод

Flag Counter
Код баннера
Сайт отца Олега (Моленко)

 
© 2000-2017 Церковь Иоанна Богослова