Крест
Покайтесь, ибо Господь грядет судить
Проповедь Всемирного Покаяния. Сайт отца Олега Моленко - omolenko.com
  tolkovanie.com  
  omolenko.com  
  propovedi.com  
holy.city - сайт о ВОЗВЕДЕНИИ БОЖЬЕГО ХРАМА В ДОМИНИКАНСКОЙ РЕСПУБЛИКЕ!
  Избранное Переписка Календарь Устав Аудио
  Имя Божие Ответы Богослужения Школа Видео
  Библиотека Проповеди Тайна ап.Иоанна Поэзия Фото
  Публицистика Дискуссии Библия История Фотокниги
  Апостасия Свидетельства Иконы Стихи о.Олега Архив
  Жития святых Книга отзывов Исповедь Статистика Карта сайта
  Молитвы Слово батюшки Новомученики Пожертвования Контакты
Главная страница сайта Печать страницы Ответ на вопрос Пожертвования Персональный видеоканал отца Олега Вниз страницы Вверх страницы К предыдущей странице   К вышестоящей странице   К следующей странице Перевод
МИР ВСЕМ МИЛОСТИВЫМ, ЩЕДРЫМ И МИЛОСЕРДНЫМ!
Дорогие читатели, прошу вас оказать милость и поучаствовать своим пожертвованием в Божьем деле - возведение первого православного Храма в Доминиканской Республике! Вы не обязаны этого делать, но можете! Для этого достаточно зайти по данной ссылке и перевести деньги на церковный счет в соответствии с указанными реквизитами банка. Там же можно прочитать подробнее об этом проекте.
И да благословит вас Господь обильным благословением за ваше щедрое сердце!


ВКонтакт Одноклассники Facebook Twitter Google+ Blogger Livejournal Яндекс Mail.Ru Liveinternet

Иеросхимонах Антоний (Булатович)

О молитве Иисусовой

(Из сборника: «Православная Церковь о почитании Имени Божия и о молитве Иисусовой». Изд. «Исповедник». СПб., 1914.) 

Иеросхимонах Антоний (Булатович)

 


Истинная, живая христианская вера, как душа с телом, всегда соединяется с пламенной молитвой к Господу, а вместе с тем и с живою верою в силу молитвенного призывания Имени Божия. Без веры во Имя Божие, без исповедания, что с Именем Божиим соприсутствует Сам Бог, что с Именем Иисусовым соприсутствует Сам Иисус, обещавший исполнять всякое прошение ради призываемого Имени Своего, без этой веры невозможно стать искусным молитвенником, невозможно привести свою душу к сыновним чувствам к Богу и познать Иисуса, живущего в себе. О сем свидетельствует Апостол и Евангелист Иоанн Богослов в самом начале благовествования своего: «Елицы же прияша Его, даде им область чадом Божиим быти, верующим во Имя Его» (Ин. 1,12). «Не веруяй уже осужден есть, яко не верова во Имя Единородного Сына Божия» (Беседа с Никодимом. Ин. 3, 18). В послании же своем Апостол Иоанн Богослов свидетельствует, что вера во Имя Иисусово есть «заповедь», Самим Христом данная: «И сия есть заповедь Его, да веруем во Имя Сына Его Иисуса Христа и любим друг друга» (1 Ин.3,23). В конце же Евангелия своего говорит: «Сия же писана быша, да веруете, яко Иисус есть Христос Сын Божий и да верующе живот имате во Имя Его» (Ин. 20, 31). Когда же даны были сказанные две заповеди: веры во Имя Иисусово и любви друг к другу? — прочтите внимательно беседу Христову с учениками после Тайной Вечери и вы увидите, что обе эти заповеди были даны именно тогда, и о них многократно повторяет в беседе Христос. О взаимной любви сказано явно: «Сия есть заповедь Моя, да любите друг друга» (Ин. 15, 11). Вслед же за этим говорит: «его же аще просите от Отца во Имя Мое, даст вам». (Ин 15, 16). И в продолжение беседы Своей Господь неоднократно повторяет ученикам эти две последние Его заповеди: любить друг друга, пребывать в Нем и любви Его, веруя во Имя Его и все потребное испрашивая чрез Имя Его. Но возвратимся к первому приведенному тексту. Здесь сказано, что «приявшим Его», то есть познавшим Иисуса Христа и уверовавшим, что Он есть Господь и Сын Божий, «даде область чадом Божиим быти»; далее читаем: «верующим во Имя Его». К чему же эта приставка, почему необходимо еще и уверовать во Имя Его, чтобы стать чадом Божиим? Потому что одной веры во Христа недостаточно, чтобы пребывать с Ним во всегдашнем молитвенном общении, ибо изнеможет и память и воображение, и не возможет сосредоточиться ум, если не придет на помощь молитвенное призывание Имени Божия с верою в то, что с Именем— и Сам Призываемый. Итак, чтобы укрепить нашу уверенность в близость Его к нам, дал нам Господь Имя Свое для всегдашнего молитвенного, умосердечного призывания. Конечно, можно пребывать в Боге памятованием слов Его, дел Его, страстей Его и иными способами, но при всем этом призывание Имени Господня есть главный способ, чтобы сопребывать с Господом и ощущать Его в сердце своем. Сколь важно исповедание Имени Божия для человека, видно из слов Господа в Его Первосвященнической молитве: «Явих Имя Твое человеком». «Отче Святый, соблюди их во Имя Твое». «И сказах им Имя Твое и скажу, да любы, ею же Мя возлюбил еси, в них будет и Аз в них» (Ин. 17, 6; 12, 26). Не явно ли из этих слов, что одной из целей воплощенного домостроительства было открыть людям Имя Святой Троицы и Имя Иисуса Христа. И опять спрошу вас: почему так важно человеку знать Имя Божие? — и опять отвечу: потому что Имя Божие не есть одно простое наименование, но в молитвенном призывании Имени Божия скрыта Божественная благодатная сила. Обратим внимание на слова Господа в последнем тексте «и скажу». Он уже открыл апостолам Отца, Себя и Святаго Духа; что же еще обещает сказывать?— обещает сказывать не только им, но и каждому из нас, призывающему с верою Имя Его, обещает вселением Своим в нас низводить в сердца наши всю Святую Троицу, открывая наши умные очи для Божественных тайносозерцаний, именно тех из нас, кого признает достойными Его. Итак, слова эти опять подтверждают первый текст: «елицы же прияша Его, даде им область чадом Божиим быти, верующим во Имя Его».

Но, может быть, кто скажет, что тексты эти нельзя понимать дословно, что слово «имя» надо понимать в смысле переносном? Однако из апостольской практики ясно, что Св. Апостолы дословно приняли заповедь о вере во Имя Господне. Так, когда они возвратились после первой проповеди, то с восторгом сообщили Господу о чудесах, совершенных ими чрез призывание Имени Его: «Господи! И бесы повинуются нам о Имени Твоем» (Лк. 10, 17). Эти слова показывают, что, отправляя на проповедь, Господь дал апостолам заповедь целить призыванием Имени Своего, хотя об этом прямо и не сказано1. Несомненно, дав апостолам заповедь исцелять болящих и изгонять бесов, Христос Сам указал им и способ, коим это следовало делать. Отсюда понятен восторг учеников, когда они воочию убедились, сколь велико Имя их Учителя. Поэтому же самому апостол Петр исцелил хромого у дверей церковных ни чем иным, как призыванием Имени Иисусова: «Рече же Петр: сребра и злата несть у меня, но еже имам, сие та даю: во Имя Иисуса Христа Назорея востани и ходи». Когда же сбежался народ и дивился чуду, то Петр сказал: «Что чудитеся?.. О вере Имени Его, сего, егоже видите и знаете, утверди Имя его; и вера, яже Его ради, даде ему всю целость» (Деян. 3, 6-16). Когда же Петра и Иоанна повлекли на судилище за совершение чуда, то Петр исповедал веру во Имя Иисусово следующими словами: «Разумно буди всем вам и всем людям Израилевым, яко во Имя Иисуса Христа Назорея, Его же вы распясте, Его же Бог воскреси от мертвых, о Сем (т. е. Имени), сей стоит пред вами здрав... несть бо инаго Имени под небесем, даннаго в человецех, о нем же подобает спастися» (Деян. 4, 10-12). И ев, апостол Павел ясно подтверждает необходимость соединять с верою во Христа еще и веру во Имя Его: «Близ ти глагол есть во устех твоих и в сердце твоем» — то есть в устех молитва, или молитвенно призываемое Имя, «Сиречь глагол веры, его же проповедуем» (Рим. 10, 8). Что же значит глагол? Значит — слово, но какое? — которое мы проповедуем, т. е. Господа Иисуса, воскресшего из мертвых. Поэтому вслед за этими словами и говорится: «Яко аще исповеси усты своими Господа Иисуса и веруеши в сердце твоем, яко Бог Того воздвиже из мертвых, спасешися» (Рим. 9, 10). Итак, необходимо при вере в воплощенное домостроительство нашего спасения веровать и во спасительное Имя Спасителя и призывать Его. Наконец, взгляните на икону Спасителя. Не Имя ли Его изображают персты Его? О необходимости благоговейной веры в молитвенное призывание Имени Иисусова ясно говорят также все молитвословия, обряды и установления церковные, ибо всюду здесь упоминается сладчайшее Имя Христово и всюду возносятся хвала и поклонение сему Пречестному и Великолепному Имени.

Что иное, как ни вера во Имя Божие, понуждало и побуждает Церковь возносить ко Господу следующие молитвенные слова: «Возвесели сердца наши, во еже боятися Имени Твоего Святаго» (Светильничная молитва 1-я). Иные скажут: «это оборот речи такой». Неправда, ибо в таком употреблении оборота речи никакой нужды нет. Не будь тут смысла дословного, было бы сказано иначе, например: всели в сердца наша страх Твой Святый. Но в той молитве мы именно просим вселить в нас радостный страх пред Именем Божиим или живую веру в Него. Эта же, приведенная нами, молитва завершается словами: «Несть подобен Тебе в бозех Господи, силен в милости и благ в крепости, во еже помогати, и утешати, и спасати уповающия на Имя Святое Твое». Приводим еще слова 4-й светильничной молитвы: «Исполни уста наша хваления Твоего, еже подати величествие Имени Твоему святому». Или вот прошение молитвы 7-й: «Да и на ложах наших умиляющеся, поминаем в нощи Имя Твое». — «Господи, поели благодать Твою в помощь мне, да прославлю Имя Твое Святое» (Вечерн. мол. Иоанна Златоуст.). «Благодарим Тя... вложившего во уста наша слово хваления, еже покланятися и призывати Имя Твое Святое» (Мол. 1-я на шестопс). «Да спасени душею и телом всегда пребывающе, с дерзновением славим чудное и благословенное Имя Твое» (Мол. 4-я). «Благодарим Тя, яко поставил еси нас в поклонение Честнаго Имени Твоего» (Мол. 6-я). «Яко благословися и прославися всечестное и великолепое Имя Твое» (Мол. 2-я). Когда же оканчивается литургия, то Церковь поет трижды: «Буди Имя Господне благословенно отныне и до века!» Неужели и это имеет смысл переносный? Какая в сем нужда, когда можно было бы и прямо петь, например так: Господь Бог наш благословен буди от ныне и до века. Но Церковь, оканчивая литургию и воспевая Имя Божие, делает так потому, что Таинство Евхаристии совершилось чрез призывание Имени Божия. Церковь не имеет обыкновения праздно употреблять слова и путать понятия, всегда отличаясь точностью во всех своих выражениях.

Итак, сами молитвословия Церкви ясно свидетельствуют о вере ее во Имя Божие. Точно так же святые отцы и столпы Церковные многократно свидетельствуют о сем в своих писаниях. Предлагаем здесь и авторитетные слова великого молитвенника земли русской, отца Иоанна Кронштадтского: «Когда ты про себя говоришь или произносишь Имя Божие, или Господа Саваофа, или Иисуса Христа, то в этом Имени ты имеешь всё существо Господа: в нем Его благость безконечная, премудрость безпредельная, свет неприступный, всемогущество, неизменяемость. Со страхом Божиим, верою и любовью прикасайся мыслями и сердцем к этому всезиждущему, всесодержащему, всеуправляющему Имени. Вот почему строго запрещает заповедь Божия употреблять Имя Божие всуе, потому что Имя Его есть Он Сам — единый Бог в трех Лицах, простое Существо, в едином слове изображающееся и заключающееся и в то же время «не заключаемое, то есть не ограничиваемое им и ничем сущим... Великие Имена: Пресвятая Троица, или Отец, Сын и Святый Дух, призванные с живою сердечною верою и благоговением, или воображенные в душе — суть Сам Бог и низводят в душу Самого Бога в трех Лицах» («Мысли Христианина», с. 46).

В приведенных словах высокочтимый о. Иоанн ясно говорит о том, что Существо Божие лишь отражается в Имени Божием, изображается Им, но отнюдь не объемлется, не ограничивается и не поглощается сим Именем, «в едином слове заключающемся и в то же время незаключаемом». Следовательно, лица, упрекающие таких молитвенников в обожествлении самого имени, самих букв, ошибаются. Вспомним иконоборцев, укорявших православных, что они поклоняются дереву и краскам. Никто из нас, благоговейно почитающих Имя Божие, не приравнивает имени по существу с Богом, но мы веруем, что в призываемом нами Имени таинственно присутствует Сам Бог, и поэтому оно сильно спасать нас и творить чудеса. В этом смысле мы и называем Имя Божие Самим Богом. Мы не обожествляем само Имя, но выражаем веру в соприсутствие с ним Бога2. Бог открыл Имя Свое людям,3 чтобы облегчить им молитвенное сношение с Собой. Бог непостижим, неисследим, необъемлем умом человеческим, ни ангельским. Сколь было бы трудно для человека молиться Богу, если бы Сам Бог не упростил сего до крайности, дав человеку для призывания Имя Свое? «Призови Мя в день скорби твоея, и изму тя, и прославиши Мя» (Пс. 49, 14). «Близ ти глагол, в сердци твоем» (Рим. 10, 8).

Подивись же, человек, чудному домостроительству Божию в даровании нам такого, всем доступного, средства Богообщения, в призывании Имени Его, и возблагоговей пред Именем Божиим. Подивись близости к тебе Самого Бога — ты призвал Его по Имени Его, — и се Он Сам во Имени Своем. Какое дивное по простоте даровано Богом средство для молитвенного соединения человека со своим Творцом, для доступа к Неприступному! Нет нужды ни во времени, ни в месте, ни в особых талантах, ни в искусстве, ни в возрасте, ни в силе, ни в познаниях, ни в книгах; призови лишь с верою Имя, Которое легко может узнать и младенец, — и вот ты можешь обрести Бога, по мере веры твоей, чистоты призывания твоего при руководстве церковного предания. Посему-то и при постриге монашеском постригаемый дает обет непрестанно молиться молитвою Иисусовою, говоря: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя». В знак сего он получает для ношения на руке четки (см. чин пострижения).

Когда св. Игнатий Богоносец предстал пред царем Траяном, тот спросил его: «Почему зовут тебя Богоносец?» Игнатий отвечал: «Носящий Христа Бога в сердце своем Богоносец есть». Траян спросил: «Разве ты носишь Христа в сердце твоем?» Отвечал Святой: «Воистину ношу». Затем, по растерзании его львами, когда неверные увидели, что сердце священномученика осталось нетронутым, то, вспомнив его слова, полюбопытствовали разрезать его пополам, и что увидели? — увидели Имя «Иисус», золотыми буквами начертанное (Чет.-Мин. 20 янв.).

Из сказанного ясно видно, какой первостепенной важности краеугольный камень церковный есть Имя Господне. Как для нравственной жизни человека и для делания добродетелей основанием служит слово Господне, так для духовно-молитвенной деятельности основанием служит Имя Господне и вера в Него, как в Самого Господа. И действительно, не на вере ли во Имя Господне, как в Самого Бога, основаны Св. Таинства? Не призывание ли и исповедание Имени Господня лежит в основании всего священнослужения? Не на вере ли во Имя Господне основано умно-сердечное сокровенное делание — молитва Иисусова?

Послушайте, как о сей молитве Иисусовой учат св. Отцы.

О молитве Иисусовой св. Симеон Солунский говорит так: «Есть много молитв, но превосходнее всех та, которую дал нам Сам Спаситель («Отче наш»), а после нее — спасительное призывание Господа нашего Иисуса Христа Сына Божия (т. е. молитва Иисусова, в научении нас которому потрудились многие преподобные отцы наши, и между ними златословесный отец наш Иоанн, в трех словах изложивший учение о сей Божественной молитве; затем Богоносный Лествичник, Диадох и другие многие. Они говорили о ней достойно жившего в них Духа Божия, так как молитва сия в Духе Святом изрекается, как говорит святой Павел: «Никто же может реши Господа Иисуса, точию Духом Святым» (2 Кор. 12, 3). И тот, кто изрекает, от Бога есть, как говорит св. Иоанн: «Всяк дух, иже исповедует Иисуса Христа во плоти пришедша, от Бога есть» (1 Ин. 4, 2)... Сия божественная молитва, состоящая в призывании Спасителя, есть следующая: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя». Она есть и молитва, и обет, и исповедание веры, Духа Святаго и Божественных даров подательница (слышите, что призывание Имени есть подательница, а не посредствующая сила), сердца очищение, бесов изгнание, Иисуса Христа вселение, духовных разумений и Божественных помыслов источник, грехов отпущение, душ и телес врачевательница, Божественного просвещения подательница, милости Божией кладезь, откровения тайн Божиих ходатаица, единая спасительница, яко Имя Иисуса Христа Сына Божия, на нас названное, в себе носящая. «И несть иного имене под небесем, о нем же подобает спастися нам» (Деян. 4, 12), как говорит апостол. Призывание сие есть и молитва, потому что сим испрашиваем милости Божией; и обет, потому что в нем мы себя сами предаем Христу чрез призывание Его, и исповедание, потому что, исповедав так Господа Иисуса, Петр ублажен Им (Мф. 16, 17); и сердца очищение, потому что Бог зрит, и призывает, и очищает того, кто таким образом зрит Бога (видишь, что призывание Имени Иисусова есть созерцание Самого Бога); и бесов изгнание, потому что Именем Иисуса Христа бесы были изгоняемы и изгоняются; и вселение Христа, потому что Христос в нас есть памятованием о Нем, и памятованием сим вселяется в нас. Она исполняет веселия, как говорит св. Давид: «помянух Бога и возвеселихся» (Пс. 76, 4); и духовных разумений и помыслов источник, потому что во Христе все сокровища премудрости и разума сокровенна (Кол. 2, 3); и Он подает их нам, в коих вселяется; я Божественного просвещения подательница, потому что Христос есть истинный Свет (1 Ин. 5, 20); и призывающим Его сообщает просвещение и благодать, как Пророк взывал: «Буди светлость Господа Бога нашего на нас» (Пс. 89, 17), и как Господь обетовал: «ходяй по Мне имать Свет животный» (Ин. 8, 12); и милости Божией кладезь, потому что милостив Господь и ущедряет всех призывающих Его (Пс. 85, 5); и «творит скорое отмщение вопиющим к Нему» (Лк. 18, 7-8); и откровения смиренных тайн Божиих ходатаица, как рыбарю Петру истина о Христе явлена была от Отца Небесного (Мф. 16, 17), и как Павел «восхищен был в рай до третьего неба и слышал неизреченные глаголы» (2 Кор. i2, 4); и единая спасительница, потому что «нет ни о едином же ином спасения» (Деян. 1, 12), кроме Господа, к Коему взываем, ибо Сей «Единый есть Спас мира Христос» - (Ин. 4, 42). Почему последнее, хотя и нехотя, «всяк язык исповест, яко Господь Иисус Христос в славу Бога Отца» (Флп. 2, 11). Такое исповедание есть знак веры нашей и свидетельство, что мы от Бога. Ибо всяк дух, «иже исповедует Иисуса Христа во плоти пришедша, от Бога есть», а не исповедующий сего «от Бога несть», а есть «антихристов» (1 Ин. 4, 3). Почему всем верующим надлежит Имя сие непрестанно исповедывать и для проповедания веры, и для засвидетельствования любви нашей к Господу нашему Иисусу Христу, от Которого ничто никогда не должно нас разлучать; и ради благодати от Имени сего отпущения грехов, уврачевания души, освящения и просвещения, и, прежде всего, ради спасения. Божественный Евангелист говорит: «Сия писана быша, да веруете, яко Иисус есть Сын Божий». Се вера! — «и да верующе живот имате во Имя Его» (Ин. 20, 31). Се спасение и жизнь! (т. е. Имя Его). Сие призывание всякий благочестивый всегда да возглашает, как молитву, и умом своим, и языком, и стоя, и ходя, и сидя, и склоняясь на ложе, и говоря что-либо, и делая, — всегда да понуждает себя к тому, и обретет великий покой и радость, как опытно знают это имеющие о сем заботливое попечение (т. е. старающиеся безпрестанно призывать Имя Господне) и монашествующие, и миряне» (Симеон Солунский. Добротолюбие. Т. 5. С. 481-483).

Св. Иоанн Златоуст говорит: «Есть у нас духовные заклинания — Имя Господа нашего Иисуса Христа и сила Креста... Если же многие, хотя и произносили это заклинание, но не исцелились, то это произошло от маловерия их, а не от безсилия произнесенного Имени; точно так же многие прикасались к Иисусу и теснили Его, но не получили никакой пользы, а кровоточивая жена, прикоснувшаяся не к телу, а к краю одежды Его, остановила долговременные токи крови. Имя Иисуса Христа страшно для демонов, страстей и болезней. Итак, станем Им украшаться, Им ограждаться». Поясняя дальше, почему мы, несмотря на всемогущую спасительную силу Имени Иисусова, хотя и безпрестанно призываем Его, но все же остаемся неукрашенными сердцем и не достигшими духовного совершенства, св. Златоуст говорит, что Имя Иисусово всемогуще и в силах нас очистить, но мы сами виноваты в том, что призывание Его остается без пользы для нас, ибо мы не уготовляем сердца нашего к тому, чтобы оно могло достойно восприять Имя Господне и с ним Самого Господа: «Сделай сердце твое только достойным такого прикосновения, и Господь первый притечет к тебе... А как скоро Христос извлечет звуки из души нашей (т. е. когда очищенное сердце издаст чудную мелодию Иисусовой молитвы), то несомненно снизойдет на нас Дух, и мы будем лучше неба, имея не солнце и луну отпечатленными на теле нашем, но Самого Владыку солнца, луны и ангелов, в нас поселившегося и шествующего. Я говорю это не для того, чтобы нам (Именем Иисусовым) воскрешать мертвых, очищать прокаженных, но для того, чтобы мы явили чудо, которое больше всего этого, именно — любовь. Где только есть это благо, там немедленно является Сын со Отцом, и снисходит благодать Духа. «Идеже бо», — говорит Христос, — «есть два или трие, собрани во Имя Мое, ту есмь посреде их» (Мф. 18, 20) (Иоанн Златоуст. Т. 9. С. 579). Из этих последних слов св. Златоуста следует, что каждому возможно воскресить свое умерщвленное грехами сердце именно молитвою Иисусовой. Но кто же суть «два, или три»? Это суть ум и сердце, по учению св. Отцов, а третье суть уста; когда сочетается единодушно в молитве ум с сердцем, и произойдет так называемое снисхождение ума в сердце, тоща действенно будет совершаться и молитва.

Св. Симеон Новый Богослов, изложив святоотеческое учение о молитве Иисусовой, присовокупляет: «и тогда бывает брань — с великим шумом восстают злые демоны (на того, кто начал заниматься молитвой Иисусовой), и посредством страстей производят мятеж и бурю в сердце, но Именем Иисуса Христа все сие потребляется и разливается, как воск на огне» (Ч. 2. С. 190).

О том, сколь великое значение в молитве Иисусовой имеет именно призывание Имени Господня, которое так уничижают имяборцы, Игнатий и Каллист Ксанфопулы свидетельствуют следующее: «Начало всякого боголюбезного действования есть с верою призывание спасительного Имени Господа нашего Иисуса Христа, так как Он Сам заявил: «Без Мене не можете творити ничесоже» (Ин. 15, 5) и с этим призыванием — мир и любовь: мир, — ибо «молиться подобает без гнева и размышления» (1 Тим. 2, 8); любовь, ибо «Бог — любы есть, и пребываяй в любви в Бозе пребывает, и Бог в нем» (1 Ин. 4, 16), С верою призыванием Имени Господа нашего Иисуса Христа твердо надеемся мы получить милость и жизнь истинную, в Нем сокровенную, кои, при частом возглашении внутрь сердца Имени Господа нашего Иисуса Христа, источаются из него (т. е. из самого Имени; в этом понимании слова «него» в подлиннике заглавная буква «н» поставлена малая, а не большая), — как из некоего Божественного источника присно-текущего. Почему Сам всеблагий и сладчайший Господь наш Иисус Христос, и когда приблизился к вольному за нас страданию Своему, и когда явился Апостолам по воскресении, и еще когда имел взыти ко Отцу по Своему естеству и нашему по благодати: яко истинный и чадолюбивый Отец оставил их (т. е. мир Свой и заповедь о любви и о Имени Своем) всем Своим, как последние некие заповеди и сладостные утешения, как дорогие и верные, так сказать, залоги, лучше же как Богом подаваемое наследие. когда настало спасительное Его страдание, Он явил сие в следующих, сказанных ученикам словах: «Аще чесо просите от Отца во Имя Мое, даст вам. Доселе не просисте ничесоже во Имя Мое: просите, и приимете, да радость ваша исполнена будет» (Ин. 16, 23-24). Снова по воскресении Он говорил им: «Знамения верующим сия последуют: Именем Моим бесы ижденут, языки возглаголют новы» и проч. (Мк. 16, 17). Согласно с этим возвещает и наперсник Иоанн евангелист: «Многа же и ина знамения сотвори Иисус пред ученики Своими, яже не суть писана в книзе сей. Сия же писана быша, да веруете, яко Иисус есть Христос Сын Божий, и да верующе живот имате во Имя Его» (Ин. 20, 30-31). И св. Павел апостол: «О Имени Иисусове всяко колено поклонится» и проч. (Флп. 2, 10). И в апостольских Деяниях написано: «Тогда Петр, исполнився Духа Свята, рече: разумно буди всем вам и всем людем Израилевым, яко во Имя Иисуса Назорея, Егоже вы распясте, Егоже Бог воскреси от мертвых, о сем сей стоит пред вами здрав», и немного спустя: «несть ни о едином же ином спасения: несть бо иного Имене под небесем, даннаго в человецех, о немже подобает спастися нам» (Деян. 4, 8-12). И опять Спаситель: «Дадеся Ми всяка власть на небеси и на земли» (Мф. 28, 18). От сих трех добродетелей (т. е. молитвенного призывания Имени Иисусова, мира со всеми и со своею совестью и любви ко всем, наипаче же ко Христу) рождаются «ем другие три дивные плода, именно: очищение души, просвещение и зрелость духовная... Посему очень премудро славные руководители наши и наставники... научают преимущественно пред всяким другим деланием Господу молиться... непрестанным имея делом и занятием призывание всесвятого и сладчайшего Имени Его, всегда нося Его в уме, в сердце и в устах и всячески понуждая себя в Нем и с Ним и дышать, и спать, и бодрствовать, и ходить, и есть и пить, и все вообще, что ни делаем, так делать. Сие убо страшное для всякой твари и досточтимое Имя паче всякого имени... (Видите ясное свидетельство, что во Имени Иисусовом пребывает Сам Творец, страшный для всякой твари!) И великий Златоуст говорит: «Умоляю вас, братие, никогда не нарушайте и не презирайте правила молитвы сей». Немного спустя: «Монах должен, ест ли, пьет ли, сидит ли, служит ли, шествует ли путем, или другое что делает, — непрестанно взывать: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, да Имя Господа Иисуса, сходя вглубь сердца, смирит держащего тамошние пажити змия, душу же спасет и оживотворит. Непрестанно убо пребудь с Именем Господа Иисуса, да поглотит сердце Господа и Господь сердце и будут два сии во едино». (Видите, какое ясное свидетельство в пользу неотделимости Имени Господа от Самого Господа. Выше сказано, что следует непрестанно призывать Имя Господне, дабы оно, сходя во глубину сердечную, смиряло змия и спасало душу, а здесь это призывание называется пребыванием с Именем Господним, и это призывание и есть поглощение сердцем Самого Господа, и вселение Самого Господа в сердце!) И опять: «не отлучайте сердца своего от Бога, но пребывайте с Ним и сердце свое всегда храните с памятованием Господа нашего Иисуса Христа, пока Имя Господа вкоренится внутрь сердца, и оно ни о чем другом помышлять не станет, да возвеличится Христос в вас. (Видите ли свидетельство, что вкоренение памяти о Боге состоит именно во вкоренении памятью в сердце свое Имени Господа Иисуса?) Говорит также и Лествичник: «Память Иисусова да срастворится с дыханием твоим, и тогда познаешь ты пользу безмолвия» (Сл. 27, 61). Затем Каллист учит, как именно навыкать умносердечному призыванию: «Путем дыхания тихо сведи ум внутрь сердца, и держи молитву сию: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя! — вместе с дыханием соединенно некако совводя туда и глаголы молитвенные, как говорит св. Исихий: «с дыханием твоим соедини трезвение, и Имя Иисусово, и помышление о смерти незабвенное, и смирение, ибо то и другое великую доставляет пользу». Согласно с ним говорит и св. Диадох: «которые сие святое и преславное Имя непрестанно содержат мысленно во глубине сердца своего, те могут видеть и свет ума своего. И еще: сие дивное Имя, будучи с напряженною заботливостью содержимое мыслию, очень ощутительно попаляет всякую скверну, появляющуюся в душе, «ибо Бог наш огнь поядаяй есть» (Евр. 12, 29) всякое зло, как говорит апостол. Отсюда, наконец, Господь приводит душу в великое возлюбление славы Своея, ибо преславное то и многовожделенное Имя, укосневая чрез памятование о Нем ума в теплом сердце, порождает в нас навык любить благостыню Его безпрестанно, потому что нечему уже тогда полагать тому препону» (гл. 59). Лествичник говорит: «бей супостатов Иисусовым Именем, ибо против них нет более сильного оружия ни на небе, ни на земле» (Сл. 21, 7). Но не только у сказанных святых отцов и подобных им ты найдешь словеса священной молитвы, но еще прежде их, у самых первых и верховных апостолов Петра, Павла и Иоанна. Один возглашает Имя Господа Иисуса» (1 Кор. 12, 3); другой — «Иисуса Христа»: «Благодать и Истина Иисусом Христом бысть» (Ин. 1, 17); третий — «Христа Сына Божия»: «Ты еси Христос, Сын Бога Живаго» (Мф. 16, 16). Блаженный Павел сказал: «никто не может исповедать Господа Иисуса», последнее речение «Иисуса» берет св. Иоанн и ставит первым в своем изречении: «иже исповесть Иисуса Христа; последнее его речение «Христа» в исповедании св. Петра помянуто первым: «Ты Христос Сын Бога». Так составилась, как триплетенная, нерасторжимая ветвь, Боготворная молитва наша (видишь, как св. Отец именует призывание Имени Иисусова Боготворным, ибо Имя Его и есть Сам Он, Бог Иисус Христос, имеющий власть делать и людей по благодати богами!), премудро и разумно сплетенная и сотканная. Так до нас дошла, так блюдется нами, и в том же виде перейдет к тем, кои будут после нас. (Слышите, какое свидетельство, что молитва Иисусова происходит от апостольских времен, и есть святое апостольское предание.) Что касается до речения: «помилуй мя», прилагаемого к спасительным словам молитвы, т. е. «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий», его приложили святые Отцы, наипаче для младенчествующих еще в деле добродетели, новоначальных и несовершенных!», ибо преуспевшие и совершенные о Христе каждым из сих воззваний довольны бывают: одним — «Господи Иисусе! Другим — Иисусе Христе! Третьим — Христе, Сыне Божий!», или даже только возглашением: «Иисусе»! — объемля то и лобызая, как полное делание молитвы, и чрез это одно исполняемы бывая неизреченной, всякий ум, всякое видение и всякое слышание превосходящей сладости и радования. В убеждение и удостоверение в сем полнейшее, сладчайший и человеколюбивый Господь наш Иисус Христос, Сын Божий, Коего словеса суть дела и глаголы, — Дух и Живот, ясно возвестил: «без Мене не можете творити ничесоже» (Ин. 17, 5); еще: «аще что просите от Отца во Имя Мое, то сотворю» (Ин. 14, 13-14). — До зде Каллиста и Игнатия Ксанфопупов, Добротолюбие Т. 5, 337, 341, 365, 367, 399-404.

Не менее ясно свидетельствует и преп. Исихий, и св. Григорий Синаит о том, что Имя Господа Иисуса Христа есть сама Божественная сила, т. е. Сам Он, но отнюдь не сила посредствующая, и что в умной молитве призывание частое Имени Иисусова есть главное основание ее и та сила, которая делает молитву животворящей и боготворящей. «Когда приходят помыслы, призывай Господа Иисуса часто и терпеливо, и они отбегут: ибо, не терпя сердечной теплоты, молитвою подаемой, они, как огнем опаляемые, отбегают... Непрестанно взывай умно и душевно: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного.., держи неисходно ум в сердце, взывай к Господу Иисусу и скоро прогонишь помыслы и наводителей их бесов отгонишь, опаляя их и бичуя невидимо Божественным Именем сим (Добротолюбие. Т. 5. С. 236, 246, 247), Одинаково с этим советует и преп. Никифор Афонский: «Изгнав из словесности всякий помысел, дай сию молитву: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя!» — и понудь его вместо всякого другого, и помышление это будет всегда вопиять там внутри. Если будешь такое делание держать неопустительно со всем вниманием, то откроется тебе чрез сие по времени и сердечный вход... Прийдет же тебе, при многовожделенном и сладостном внимании, и весь лик добродетелей: любовь, радость, мир и проч., ради коих потом всякое твое прошение исполняемо будет о Христе Иисусе, Господе нашем»... (Добротол., т. 5. С. 272).

Таково святоотеческое учение о молитве Иисусовой, деемой о Имени Иисуса Христа, и сие святоотеческое учение св. Отцы не от себя измыслили, но восприяли, как мы видим, по свидетельству Игнатия и Каллиста, от Апостолов; оно дошло в неизменном виде до нашего времени. Так, великий делатель умносердечной Иисусовой молитвы Паисий Величковский, приводя в своей книге слова старца своего блаж. Василия, в предисловии на главизны блаж. Филофея Синайского излагает следующее учение о молитве и о Имени Иисусовом: «Всякий, отрекающийся мира и приемлющий монашество, принимает (подобно воину, вступающему в войско) и меч духовный, дабы с ним, как то подобает воину Христову, вступить в брань с духами злобы (мы приводим цитируемое место, переводя его со славянского языка, ради большей удобопонимаемости, на русский). Почему в час пострижения ему и говорится: «приими, брате, меч духовный, иже есть глагол Божий, его же и носяй во устах своих, уме же и сердце, глаголи непрестанно: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя».

Сей «меч духовный» и «глагол Божий» есть, по толкованию блаж. Василия, именно Имя Иисусово: «Что бо глаголет Писание? — близ ти есть глагол во устех твоих, и в сердце твоем, яко аще исповеси усты твоими Господа Иисуса, спасешися: всяк бо, иже аще призовет Имя Господне, спасется. Все же се: глагол (в первом тексте), исповедание (во втором тексте) и призывание (в третьем тексте): разумей быти внутрь тебе Христа (то есть и призываемое, и глаголемое, и исповедуемое Имя Иисусово и есть Сам Христос), чрез святое крещение вселившийся. Его же призывати (т. е. Имя Его) и глаголати, и исповедати должен еси непрестанно, иногда только внутрь сердца своего, а иногда и устами произнося: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя». Берегись же, человече, противления этой заповеди (т. е. берегись нерадения в том, чтобы безпрестанно призывать Имя Господа Иисуса), дабы за это не послал на тебя Бог дух ожесточения, слепоты и глухоты духовной, подобно древнему Израилю, поклонившемуся иногда Ваалу и впавшему в идолопоклонство вследствие нерадения своего о хранении ума своего, как в том обличает его Илия Пророк, и не стал бы ты (подобно Павлу) противу остра рожна (Имени Иисусова) прати. Не надейся же и не верь, что возможешь преуспеть в чем-либо духовном, если не станешь повиноваться данной тебе заповеди призывать Иисуса Христа на всяк помысл злой и на всякую рать вражию, как говорит св. Исихий, ибо не найдешь ни на небе, ни на земле более крепкого оружия на врагов, чем Имя Христово... «Веруяй в Мя, реки от чрева его истекут воды живы». Всяк бо крещающийся приемлет свыше сию воду живую во глубине сердца своего таинственно, о ней же пишется в житии святейшего Игнатия Богоносца, яко разрезаша невернии сердце его глаголюще: «како он ношаше Бога своего в сердце своем?» И обретоша внутрь из злата словеса сия: Иисус Христос. Итак, этими словами блаж. Василий доказывает, что ношение Христа в себе есть ношение Имени Его в сердце своем. Сие же знамение бе на посрамление неверных, во уверение же всем верным, яко всяк во святом крещении приемлет внутрь себе Христа.

Сего ради святые отцы повелевают нам, во-первых, очищаться от страстей умно-сердечным призыванием Имени Иисус Христова против всякого помысла злого, брани страстной и прилога вражьего. И такая молитва не должна быть безчувственной и лишь по привычке глаголемой, но должна быть исполненной сердечного чувства, без сердечного же чувства творимую молитву Иисусову и мертвой молитвой назвать не грешно. Так положив начало пребывать в разумном внимании (т. е. следить бдительно за всеми появляющимися в уме помыслами и не допускать их до ума своего) и молении (т. е. всегдашнем призывании против всякого помысла Имени Иисусова), да пребудем твердо до самой смерти, неослабно борясь с ратующими против нас врагами и страстями нашими; и, как научают нас святые отцы, хотя, несмотря на бдительность и молитву нашу, враг все-таки будет успевать наносить нам тысячи язв каждый день, мы, однако, да не отступим от сего живоносного делания, то есть призывания Иисуса Христа (т. е. Имени Его), сущего в сердцах наших.

Таковых (прилежно и безпрестанно занимающихся призыванием Имени Иисуса Христа) Бог, если усмотрит в этом пользу для души нашей, уводит на высоту созерцательной умной молитвы. Но некоторые (не ведая, что созерцательная молитва есть дар Божий) пытаются своими собственными усилиями взойти на степень созерцательной молитвы, мня, что она в руках хотящих достичь ее обретается, за что их, по справедливости, можно назвать легкомысленными. Другие же, увидев, что не все, но немногие сподобляются дара созерцательной молитвы, ослабевают в подвиге деятельной молитвы Иисусовой и начинают нерадеть о безпрестанном призывании Имени Иисусова; но так как без сего призывания невозможно человеку избежать действия страстей и сосложения ума своего с лукавыми помыслами, то таковые и подпадают под власть страстей, за что имеют быть истязаны в час смерти и воздадут ответ на Страшном Суде за то, что нерадели о призывании Имени Господня... Таковым следует разуметь, что за то, что по немощи нашей мы не сподобились достичь степени созерцательной молитвы, мы осуждены не будем; но за то, что мы не блюли ума и сердца своего от диавола и злых помыслов, имея возможность противиться им и побеждать — не собою, но страшным именем Христовым — имеем воздать слово Богу за то, что, нося Христа внутри себя по дару святого крещения, не умели, или, вернее, не желали научиться, как призвать Того (т. е. Имя Иисусово) на помощь в час брани. И именно за это и укоряет нас апостол, говоря: «не весте ли, яко Иисус Христос в вас есть? разве, не искусни есте», то есть не умеете — действовати умом в сердце Имя Христово». (Видите, какое ясное утверждение, что Имя Иисус-Христово, исповедуемое в сердце, и есть Сам Иисус Христос) Житие и Писания Паисия Величковского, изд. 1892. С. 89-95).

«Носящий же Меч сей, или Глагол (т. е. Имя Иисусово), в уме своем, внимая внутренне помыслам своим, знает, когда нападает на него мысленно враг, и тогда обращает сей меч против злых его прилогов и страстей, и помыслов и молится против сих действий вражеских молитвою Иисусовой, также молится и в случае впадения в грех, прося прощения о Имени Иисусовом» (с. 90). «Но, о времене нашего! Многие и чуть ли не все носят сей Меч «за един токмо обычай, а не на каковую бранную потребу} Не стараясь научиться, как обращать сей меч против лица вражьего и пожигать врагов сим пламенным оружием, как огнем, но пользуются сим мечом неразумно и плотски, а не действительно, то есть тянут лишь четки, за «славу» — одну лестовку, а за кафизму— три, и тем и довольствуются, ограничиваясь лишь внешней молитвой. Множайшие же, и совершенно отложив в сторону сей глагол Божий, паче жерещи пламенно оружие, охраняющее врата сердечные, довольствуются в своей духовной жизни лишь одним псалмопением, канонами и тропарями (там же, с. 89).

В предисловии на книгу блаж. Исихия блаж. Василий, приводимый Паисием Величковским, говорит: «О единой же сей краткой и пятьми словесы исчисляемой молитве, по апостольскому гласу: 1) Господи 2) Иисусе 3) Христе, 4) помилуй 5) мя, написал первый св. Исихий двести глав, ничтоже иное приложив в тех точию едино ума блюдение и сию священную молитву Иисусову... Толикое бо бе святым о сем священном делании и радение, яко и молитися повелевают за неведующих сего умного света сердечного, просвещающегося Именем Христа Бога нашего (там же, с. 111-112).

В той же главе он говорит, что в умном делании прекрасное оружие против страстей есть память смертная, воспоминание ужаса осуждения на Суде, и вечности ужасного мучения я, с другой стороны, воспоминание блаженств Царствия Небесного, но все эти роды умного делания не могут сравниться с призыванием умносердечным Имени Иисусова: «Хотя и эти воспоминания в тех, кои ими победили нечувствие свое, имея силу утолять похоти плоти и отражать злые помыслы от души, но Имя страшное Иисус Христово большую и несравненную имеет силу, всех сих потребляти от сердца и ума... Поэтому эти воспоминания следует сопрягать с Деланием умной молитвы, и они придают молитве сугубую крепость и успешность: наипаче же от молитвы сами яко свет сияюще, прогонимей сущей тме от ума и мгле страстей Именем Иисус Христовым» (там же, с. 105).

В предисловии к Нилу Сорскому сей же блаж. Василий говорит, что, хотя святые отцы и уставляют добрым и благоговейным мужам очищать свои сердца единым исполнением заповедей Христовых, имея как крепчайшие оружия против страстей страх Божий и память Божию, но сие действенно лишь для добрых неокамененных сердец: «нечувственным же и окамененным, аще и самая та геенна, или Сам Бог чувственно открыется, никаково же наведе им страха. Также и для новоначальных сие одно умное делание, то есть памятование Бога, со страхом Божиим трудно исполнимо, ибо ум новоначальных, упражняемый в сей памяти, скоро притупляется и также избегает мыслить о Боге и о страхе наказания за несоблюдение заповедей, как избегает пчела курения дыма. Поэтому, хотя памятование заповедей Божиих и страха наказания и весьма полезно есть в сей брани, но святые отцы изобрели, сверх сих, и еще одно прекраснейшее средство, могущее весьма помогать немощным (т. е. безпрестанное призывание против помыслов и страстей Имени Иисусова). Поэтому, если первое умное делание можно уподобить ручной мельнице, то, если с сим первым деланием человек соединит и безпрестанное призывание Имени Иисусова, то оно уподобится мельнице водяной: подобно тому, как вода сама собою движет и колесо, и жерновный камень, так «и пресладкое Имя Иисусово с памятью Бога ту суща (т. е. сущего во Имени Иисусовом) всеисполненне живущаго во Иисусе (т. е. в Имени «Иисус») подвижет ум в молитву», о чем великий в богословии Исихий, назнаменуя, глаголет: «Душа, благодеемая и услаждаемая от Иисуса, с радостью некоей и любовью, и со исповеданием Благодателю хвалу воссылает, благодаряще и призывающе Того с веселием» (там же, с. 116). В приведенном в сей же книге письме архимандрита Александра этот последний некоему имущему намерение принять монашество пишет: «Постарайся обрести Иисуса Христа... в сердце твоем... Мы все ищем Иисуса Христа по разным местам, не ведая того, что Он всегда внутри нас находится»... «Всемогущий Бог да озарит сердце твое и укажет тебе место, где обитает Иисус Христос»... (там же, с. 272). Это сердечное место, в коем следует стоять вниманием и молитвою и в коем подобает искать, так сказать, Христа в носящем Его Имени Иисусовом, есть верхушка сердца, которая лежит под левым сосцом (с. 85).

Начало Иисусовой молитвы св. Симеон Солунский, как мы видели, возводит к самим апостолам, но начало созерцательной умной молитвы, по свидетельству Нила Сорского и Нила Синайского, приводимых Паисием, восходит до первозданного человека в раю; величайшей же делательницей сей созерцательной молитвы была Пречистая Дева Мария, как то свидетельствует св. Григорий Палама, приводимый Паисием Величковским. Не это ли побудило Святую Деву воскликнуть вечные слова: «И Свято Имя Его!» — скажем мы от себя. Ибо Та, Которая, имея совершеннейший дар созерцания, созерцала Бога во Именах Его, из творения и из Писания Ветхого являемых, сколь же еще обширнейшую дверь к созерцанию обрела во Имени Иисус, которое возвестил Ей Архангел! Уверовав в благовестие Архангельское, что зачала Сына Божия, Господа Своего и Христа Своего Иисуса, Пресвятая Богородица несомненно все время содержала в уме и в сердце Своем сие Имя, еже «паче всякого Имени», и первая познала величие и сладость его, почему и воскликнула: «И Свято Имя Его», т. е. в Имени Его есть Он Сам.

Паисию Величковскому, как великому проповеднику молитвы и Имени Иисусова, пришлось претерпеть немало поношений за Имя Иисусово, по неложному свидетельству Самого Господа, предсказавшему ученикам Своим, что они все гонимы будут «Имени Моего ради». Впрочем, противники о. Паисия не восставали тогда против Божественного достоинства и силы Имени Иисусова, но отрицали по грубости ума своего Богоугодность безмолвной молитвы, отстаивая ревностно гласную молитву, установленную в церковном Богослужении. Так как занятие умною Иисусовой молитвой при неумелом и неосторожном ведении его ведет весьма часто к прелести и к тяжким падениям, то эти печальные случаи еще больше восстановляли врагов против о. Паисия, которого они винили во всем этом и даже жгли его книги. Подобно тому, как ныне восстали имяборцы против книги об Иисусовой молитве о. Илариона и против автора ее, так и против Добротолюбия и против о. Паисия восстал «един инок, философ суеумный», увидав, что некоторые, ревновавшие не по разуму о сей молитве, вследствие их самочиния и невежественного наставления неискусных наставников, впали в некую прелесть, то сей философ до того вооружился по действию диавольскому хулой на сию святую молитву, что несравненно превзошел тех древних треклятых еретиков, хулителей этой молитвы — Варлаама и Акиндина, столь страшные и срамные хулы вознося, как на молитву сию святую, так и на делателей ее и ревнителей, что и целомудренному слуху человеческому они нестерпимы (сравни писанное в № 15 Русского Инока за 1912 г.). На ревнителей же сей молитвы он (т. е. сей, именуемый философом, но, по всему судя, некий архиепископ или митрополит) воздвиг такое превеликое гонение, что некоторые, всё оставив, прибежали в эту страну, и ныне здесь богоугодно живут в пустыне, другие же бывшие ревнители, будучи малоумны, согласившись с ним, дошли до такого безумия от развращенных его слов, что и некоторые свои отеческие книги (понимай: Добротолюбие) потопили в реке, привязав к ним камень. (Подобно сему у иноков афонских конфисковали все святоотеческие книги в Одессе. Многие сожгли.) И до такой степени распространились его хулы, что некие (понимай — игумены) запретили под страхом клятвы читать св. отеческие книги (т. е. об умной молитве)—Добротолюбие, Подобно этому и запрещение книги «На горах Кавказа» и «Апологии», содержащих святоотеческие выдержки об Имени Господнем. Когда же сей хулитель (т. е. гонитель архиепископ) задумал, не довольствуясь устными хулами, предать их писанию (т. е. написать хульную книгу против молитвы Иисусовой), тогда наказанием Божиим ослеп на оба глаза, тем и пресеклось его богоборное намерение» (Там же, с. 215).

У о. Паисия Величковского об умной молитве в главе первой говорится: «Вестно убо да будет, яко сие Божественное священныя умныя молитвы дело бяше непрестанное древних Богоносных Отец наших... На предреченное убо сие Божественное умное сердечного рая делание и хранение никтоже от правоверных дерзнул когда похулити», но все древние отцы имели сие умное делание в великой чести и относились к нему с крайним благоговением, как к делу, преисполненному всякой духовной пользы. Но так как чрез это умное делание (призывание сердечное Имени Иисусова) монашество, «избрав благую часть» с неотторжимою любовью сидело у ног Иисусовых, в совершенстве благодаря сему преуспевая в делании Его заповедей и бывая светом всему миру и просвещением, то диавол, начальник злобы и враг всякого благого дела, истаивая завистью, употребил все свои козни, чтобы опорочить и похулить это душеспасительное дело и истребить, если можно, от лица земли. Так, во-первых — чрез истребление святоотеческих книг руками сарацын; еще же и порочил всегда умное делание, вводя неких неискусных самочинников в прелесть, дабы примером их погибели, которая произошла не по вине умной молитвы, но по вине их возношения, побуждать хулить умную молитву и отвращать от спасительного сего дела не имеющих достаточного рассуждения. Но не довольствуясь всем этим, диавол обрел еще в италийских странах Калабрийского Змея, предтечу антихристова, еретика Варлаама, по гордости своей всем подобного диаволу, и, вселившись в него со всей своей силой, подвиг его на хулу против православной веры, как о том подробно пишется в Постной Триоди, в Синаксаре на вторую неделю св. Великого Поста. Сей Варлаам дерзнул отвергнуть священную и умную молитву, многоразлично хуля и устно и письменно, как о том пишет иже во Святых Отец наш Симеон, Фессалоникский архиепископ, которого мы здесь и приводим: «Сей окаянный Варлаам множайшая — и на священную молитву хуляше же и писаше, и на Божественную еже на Фаворе благодать же и осияние. Не уразумев заповеди: непрестанно молитеся (1 Сол. 5, 18) — да и как постигнуть ее тому, кто суетствует умом и находится в союзе с гордым диаволом, — ниже поняв слов Апостольских: помолюся духом* помолюся же и умом (1 Кор. 14, 15), ни слов: «поюще и воспевающе в сердцах наших Господеви» (Кол. 3, 16), ни — «яко посла Бог Духа Сына Своего», то есть благодать «в сердца ваша, вопиюща: Авва Отче» (Гал. 4), и — «хочу пять словес умом моим глаголати, нежели тьмы словес языком» (1 Кор. 14, 19), он поэтому и отверг умную молитву, особенно же призывание Господне (т. е. Имени Иисусова), которое есть исповедание Петра, проповедавшего: «Ты еси Христос, Сын Бога Живаго» (Мф. 16,16), и предание Самого Господа, глаголюща во Евангелии: «Еже аще что просите от Отца во Имя Мое, даст вам» (Ин. 15,16), и «О Имени Моем бесы ижденут» (Мк. 16, 17), и прочая. Понеже и «Имя Его Живот вечный есть» (Ин. 17, 3), «сия бо рече писана быша, да веруете, яко Иисус Христос, Сын Божий, и да верующе живот имате во Имя Его» (Ин. 20, 31); и Духа Святаго подательство есть призвание Христово: «Никтоже может реши Господа Иисуса, точию Духом Святым (1 Кор. 12, 3), рече и тьмами о сем» (то есть, что призывание Имени Иисусова и есть Сам Бог, что отвергал Варлаам). До зде св. Симеон.

Но что же успел, — восклицает о. Паисий, продолжая речь о Варлааме, — началозлобный змий, с сыном погибели треклятым еретиком Варлаамом, которого он наустил на хулу против умной молитвы? Возмогло ли его злохуление (т. е. отметание Божественного достоинства Иисусовой молитвы и происходящих от нее созерцаний) омрачить свет этого умного делания, которое он было надеялся до конца истребить? — Отнюдь (не возмогло), но болезнь его обратилась на главу его... Благодаря ревностной защите Божественного достоинства умного призывания Имени Иисус Христова св. Григорием Паламою — «сей Варлаам еретик с Акиндином и всеми своими единомысленниками трижды анафеме предадеся; но и доныне от тояжде Церкви на всякое лето в Неделю Православия с прочими еретики проклинаем бывает сице: «Варлааму и Акиндину, и последователем их, и преемникам их анафема трижды»! (Слышите,имяборцы, высказывающие ныне хуления, тождественные с Варлаамовыми, на Имя Иисусово!)

Зрите зде, о, друзи, дерзающие хулити умную молитву, — «кто был первый ее хулитель; не еретик ли Варлаам, трижды от Церкви анафеме преданный и имеющий проклинаться во веки? Не сообщаетесь ли и вы своими злохулениями сему еретику и его единомысленникам? Не трепещете ли душею вашею подпасть, подобно им, церковной клятве и быть отчужденными от Бога? Не ужасаетесь ли тем, что вашим злохулением соблазнив неутвержденных в разуме ближних ваших, подпадаете под страшное прещение Евангелия Божия? Не боитесь ли слов Апостольских: «Страшно есть впасти в руце Бога живаго» (Евр. 10, 31), и за это быть казненным и временно, и вечно, если не покаетесь? Но какую же благословную вину нашли вы, чтобы считать себя вправе хулить сию пренепорочную и преблаженную вещь? — Я совершенно недоумеваю, призывание ли Иисусово мнится вам быть не полезно? Но и спастися о ином несть возможно, точию о Имени Господа Нашего Иисуса Христа»… (там же, с. 104-167).

И в другом месте: «Также и прочие богоносные отцы в своих учениях, исполненных премудрости Божией, описывая сию святую молитву, изъявляют о действии оной и происходящей от нее неизреченной духовной пользе и преуспевании в получении Божественных дарований Духа Святаго. И кто же не разжжется — восклицает о. Паисий — ревностью Божией безпрестанному деланию сей священной молитвы, видя, к какому небесному сокровищу небесных добродетелей она приводит подвижника! Дабы ей Всесладчайшего Иисуса в душе и сердце своем всегда сокровиществуя (т. е. призыванием Имени Его), непрестанно в себе поминать Вседражайшее Имя Его, неизреченно этим к любви Его разжигаясь... Хотящи же со Сладчайшим Иисусом любовью быть соединенными, те, оплевав вся красная мира сего и наслаждения, и телесное упокоение, ничего не восхотят иметь в жизни сей иного, кроме всегдашнего упражнения в сем делании молитвы (т. е. в призывании Сладчайшего Имени Иисусова) в селе райском (т. е. в сердце)» (там же, с. 191-192).

Таково проповедание великого подвижника прошлого века о Имени Иисусовом, исповедуемом, призываемом и глаголемом в умносердечной молитве! Таковы и его страшные обличительные слова против хулителей и противников молитвы умной и Имени Иисусова! Имеющий уши слышать, да слышит.

Таким же ревностным проповедником Имени Иисусова и умной молитвы является позднейший великий делатель оной и духовный писатель епископ Игнатий Брянчанинов. Приведем выдержки из его сочинений, относящиеся к Имени Иисусову.

«Преподобный Антоний завещал, — говорит еп. Игнатий Брянчанинов, — непрестанное памятование Имени Господа Нашего Иисуса Христа. «Не предавай забвению, — говорил он, — Имени Господа Нашего Иисуса Христа, но непрестанно обращай Его в уме твоем, содержи в сердце, прославляй языком, говоря: «Господи, Иисусе Христе, помилуй мя!» Также: «Господи, Иисусе Христе, помоги мне!» Или: «Господь мой Иисус Христос!» (Аскетич. Опыты. Т. 2, с. 192).

«Имя Господа нашего Иисуса Христа содержит в себе особенную Божественную Силу» (с. 193).

«Моление молитвою Иисусовой есть установление Божественное... Установлено Самим Сыном Божиим и Богом... Господь Иисус Христос установил моление Его Именем, дал этот способ моления, как новый, необычайный дар цены безмерной. Апостолы уже знали отчасти силу Имени Иисусова, исцеляли им неисцельные недуги, приводили к повиновению себе бесов, побеждали, связывали, прогоняли их. Это могущественнейшее, чудное Имя Господь повелевает употреблять в молитвах, обещая от него особую действительность для молитвы. «Еже аще что просите, — сказал Он апостолам, — от Отца во Имя Мое, то сотворю, да прославится Отец в Сыне... И аще чесо просите во Имя Мое, Аз сотворю» (Ин. 14, 13-14)... О, какой дар! Он залог нескончаемых безмерных благ! Он истек из уст неограниченного Бога, облекшегося в ограниченное человечество, нарекшегося именем человеческим, — Иисус Спаситель. Имя, по наружности своей ограниченное, но изображающее собой предмет неограниченный, — Бога — заимствующее из Него неограниченное Божеское достоинство, Божеские свойства» (с. 234). «Имя Сына Божия и величие Его Имени Иисус» превыше постижения разумной твари земли и неба: постижение его непостижимо и приемлется младенческой простотой и верой» (с. 240).

«Только нищий духом, непрестанно прилепляющийся молитвой ко Господу по причине непрестанного ощущения нищеты своей, способен раскрыть в себе величие Имени Иисуса» (с. 241).

«Исповемся Имени Твоему, о милости Твоей и истине твоей: яко возвеличил еси над всеми Имя Твое святое» (Пс. 137, 1-3).

Святой Давид исчисляет чудные действия страшного и святого Имени Иисусова. Ради Имени Иисусова, употребляемого молящимся, нисходит ему помощь от Бога и даруется ему отпущение грехов. «Помози нам Боже Спасителю наш, славы ради Имени Твоего, Господи, избави ны и очисти грехи наши, Имени ради Твоего»! (Пс. 78, 9). Ради Имени Господня бывает услышана молитва наша, даруется нам спасение; на основании убеждения в этом опять молится Давид: «Боже, во Имя Твое спаси мя, и в силе Твоей суди ми: Боже, услыши молитву мою, внуши глаголы уст моих» Пс, 53, 3-4). Силою Имени Иисусова освобождается ум от колебания, укрепляется воля, доставляется правильность ревности и прочим свойствам душевным: мыслям и чувствованиям богоугодным» (С. 241, 243). «Во Имя Господа Иисуса даруется оживление души, умерщвленной грехом. Господь Иисус Христос — жизнь, и Имя Его — живое: оно же оживотворяет вопиющих им к Источнику Жизни, Господу Иисусу Христу. «Имени ради Твоего живиши мя правдою Твоею»; «не отступим от Тебе: оживиши ны, и Имя Твое призовем». Когда силою и действием Имени Иисусова услышана будет молитва, когда снизойдет Божественная помощь к человеку, тогда отражены будут и отступят от него враги, тогда сподобится он отпущения грехов... Тогда последует подаяние во Имя Господа благодатных даров духовного имущества и сокровища, залога блаженной вечности. «Яко Ты, Боже, услышал еси молитвы мои, дал еси достояние боящимся Имени Твоего» (с. 243).

В действии молитвы Иисусовой имеется своя постепенность: сперва она действует на один ум, приводя его в состояние тишины и внимания, потом начинает проникать к сердцу, возбуждая его от сна смертного и знаменуя оживление его явлением в нем чувства умиления и плача. Углубляясь еще далее, она мало-помалу начинает действовать во всех членах души и тела, отовсюду изгонять грех, повсюду уничтожать владычество, влияние и яд демонов. По этой причине при начальных действиях молитвы Иисусовой «бывает сокрушение неизреченное и болезнь души неизглаголанная, — говорит преп. Григорий Синаит. — Душа болезнует, как болящая и рождающая, по Писанию: «Живо бо Слово Божие и действенно и острее всякого меча обоюдоострого», то есть Иисус проходит, как свидетельствует апостол, даже до разделения души же и духа, членов же и мозгов, и судительно помышлениям и мыслям сердечным» (Сирах). — Проходит и истребляет греховность из всех частей души и тела» (с. 250).

«Се лежит сей на падение и восстание многих в Израиле, и в знамение пререкаемо» (Лк. 2, 34)... Между познавшими и не познавшими Его... Но «немы да будут устны льстивые», — глаголющие на Праведного и на великолепное Имя Его «беззаконие» — гордынею своею, своим глубоким неведением и соединенным с ними уничижением чуда Божия» (с. 233—234).

Таково свидетельство о Имени Иисусовом великого подвижника последних времен. Как видите из последних его слов, ему тоже довелось переносить немалое гонение ради исповедуемого им Божества Имени Иисус Христова. Одним из противников его святоотеческого исповедания был даже и Вышенский затворник епископ Феофан, которому по богатству ума не давалось сокровище простоты сердечной, а ею только и познается Бог по Имени «Иисус». Преподобнейший во святых пустынник Саровский Серафим, великий чудотворец, от своих молитвенных опытов говорит: «Чтобы приять и узреть в сердце свет Христов, надобно, сколько возможно, отвлечь себя от видимых предметов; предочистить душу покаянием, добрыми делами и верою в Распявшагося за нас, закрыть телесные очи, погрузить ум внутрь сердца, где вопиять призыванием Имени Господа нашего Иисуса Христа; тогда, по мере усердия и горячности духа к Возлюбленному, находит человек в призываемом Имени услаждение, которое возбуждает желание искать высшего просвещения. Когда чрез такое упражнение укоснит ум в сердце, тогда возсиявает Свет Христов, освящая храмину души своим Божественным осиянием, как говорит Пророк Малахия: «И воссияет вам, боящимся Имени Моего, Солнце Правды» (4, 2). Этот Свет есть вместе и Жизнь, по евангельскому слову: «В Том Живот бе Свет человеком (Ин. 1, 4) (Там же, у Игнат. Брянчанинова, с. 304).

Итак, видите, как святоотеческое исповедание Божественного достоинства Имени Иисусова и учение о священной молитве Иисусовой дошло нерушимо и до отцов наших! Так же нерушимо исповедание и учение сие дошло и до нас, слышавших то же благоговейное учение о Божественном достоинстве Имени Иисусова и молитвы Иисусовой и от нашего недавно отшедшего отца Иоанна Кронштадтского: «Знаю я свою духовную нищету... Именем Христовым только и живу и успокоеваюсь, и веселюсь, распространяюсь сердцем, а без него мертв душевно!» (Моя жизнь во Христе, т. 1. С. 6).

Таково непреложное учение Православной Церкви о том, что молитва деется о Имени Божием. Таково и непреложное основание молитвы умно-сердечной Иисусовой — Именем Иисуса, благодаря которому эта молитва «Иисусовой» и называется. Из всего Добротолюбия мы привели малые выдержки, но и они ясно доказывают первостепенную важность Иисусовой молитвы для христианина вообще и для монахов в особенности и, во-вторых, доказывают, что основание, на котором зиждется Иисусова молитва — есть вера во Имя Иисуса Христа, как в Самого Бога; вера в то, что Сам Иисус и в сердце твоем, и в призываемом Имени Своем таинственно пребывает. Веруя так, молящийся в силах будет испытать — яко прилепши к самому тому Божественному действу, якоже вопити часто: «Иисусе мой! Иисусе мой!» (Каллист Патриарх. Слав. Добротолюбие, т. 4, лист 141. Положить другого основания для моления «Именем Иисуса», кроме положенного, невозможно, оно есть Сам Господь наш Иисус Христос, Богочеловек» (Игнатий Брянчанинов. Т. 2, с. 310. Аскетич. Опыты).

Примечания.

[1] Пред Вознесением Своим на небо Господь ясно сказал ученикам: «Знамения же веровавших сия последуют: Именем Моим бесы ижденут» (Мк. 16, 17).

[2] Или иначе, выражаем веру в то, что Имя Божие, как Слово Божие, как Богооткровенная истина о Боге, как свойства и действие (энергия) Бога — есть Божество и в этом смысле — Сам Бог, не существом, а энергией, деятельностью существа. Поэтому, выражение о. Антония «Мы не обожествляем само Имя» — сомнительно. Если Имя Божие, по Катихизису, «свято само в себе», и если оно есть все то, о чем только что сказано, то как же можно не «обожествлять его», не почитать Его Богом? Ведь у многих святых Отцов прямо сказано, что всё, что от Бога — Свет есть, т. е. Самое Божество, и в этом смысле Сам Бог, что утверждают св. Иоанн Кронштадтский и другие святые отцы. Поэтому со словами: «Мы не обожествляем само Имя» можно не соглашаться. В противном случае полемика о. Антония (Булатовича) и его Апология веры во Имя Божие и во Имя Иисус теряют смысл. Вернее, этими словами он перечеркивает свою Апологию и неизвестно, за что он боролся и страдал в изгнании. Считаю, что он так неточно выразился в спешке. Другое дело сказать, как он и сказал, что «не обожествляет самих букв и звуков и случайных мыслей о Боге». Не совсем понятное, вернее не точное, также, и выражение о. Антония: «веруем в соприсутствование с Ним (т. е. с Именем Его) Бога». Ведь соприсутствие Бога везде и всюду. «На всяком месте владычествие Его» (Пс. 102, 22). Но это же не значит, что везде и всё есть Бог. Точнее выражались блаж. Феофилакт Болгарский, преп. Симеон Новый Богослов, другие святые отцы и последний из них — св. Иоанн Кронштадтский, который исповедовал так: «Имя Божие есть Сам Бог», «Имя Богоматери — Сама Богоматерь», «Имя Ангела или святаго — сам ангел или святой»; «В Имени Иисус Христос— весь Христос, душа и тело Его, соединенные с Божеством (это неоднократно цитировалось в настоящей книге). А как? Кто имеет ум Христов, тот пусть и объяснит. Впрочем, и сам о. Иоанн, как сосуд благодати Божией, ясно это объяснил. Казалось бы, не о чем больше и спорить. Но ввиду восстания рационалистов-оппозиционеров о. Иоанна против его благодатного учения, понадобился подвиг исповеднический афонских монахов для защиты чести и славы Имени Божия. (Составитель сборника.)

[3] Это следует понимать, т. е. что Бог открыл Себя людям и дал способ обращения к Нему. Когда Иисус Христос в Своей молитве к Отцу Небесному исповедал: «Отче!.. Я открыл Имя Твое человекам», и когда крестился во Иордане, Он открыл Отца, Самого Себя (т. е. Свое Божество, как Сына), и Святаго Духа, открыл миру троичность (Триипостасность) Божества. И в Своей молитве к Отцу дал миру первейшую заповедь: «Да святится Имя Твое!» Но эту заповедь имяборцы отвергли и вместо прославления «открыли свои уста для хулы на Бога, чтобы хулить Имя Его» (Апок. 13, 6).

 

 

 

 
 
Главная страница сайта Печать страницы Ответ на вопрос Пожертвования Персональный видеоканал отца Олега Вниз страницы Вверх страницы К предыдущей странице   К вышестоящей странице   К следующей странице Перевод

Flag Counter
Код баннера
Сайт отца Олега (Моленко)

 
© 2000-2017 Церковь Иоанна Богослова