Крест
Покайтесь, ибо Господь грядет судить
Проповедь Всемирного Покаяния. Сайт отца Олега Моленко - omolenko.com
  tolkovanie.com  
  omolenko.com  
  propovedi.com  
  Избранное Переписка Календарь Устав Аудио
  Имя Божие Ответы Богослужения Школа Видео 
  Библиотека Проповеди Тайна ап.Иоанна Поэзия Фото
  Публицистика Дискуссии Библия История Фотокниги
  Апостасия Свидетельства Иконы Стихи о.Олега Вопрос 
  Жития святых Книга отзывов Исповедь Статистика Карта сайта
  Молитвы Слово батюшки Новомученики Пожертвования Контакты
Главная страница сайта Печать страницы Ответ на вопрос Пожертвования Видеоканал проповедей Вниз страницы Вверх страницы К предыдущей странице   К вышестоящей странице   К следующей странице Перевод
Google+ страничка   YouTube канал отца Олега   YouTube канал стихотворений Олега Урюпина   Facebook страничка  


ВКонтакт Одноклассники Facebook Twitter Google+ Blogger Livejournal Яндекс Mail.Ru Liveinternet

Переписка

Письмо-ответ отца Олега духовному сыну Дионисию на вопрос о книге "О Кресте Христовом"

 



Христос Воскресе!

Батюшка, благословите!

Высылаю Вам книгу Иоанна Кронштадтского "О Кресте Христовом".

В рецензии к этой книге написано: "«О Кресте Христовом» – так называлось выпускное сочинение студента Санкт-Петербургской духовной академии Ивана Сергиева... Заканчивая в 1855 году учебный курс (рукоположен он будет, кстати, в том же году ), он предоставил этот труд в качестве работы на соискание ученой степени кандидата богословия..."

Мое первое впечатление, которым я с Вами делился, после прочтения этой книги полностью изменилось: в ней он действительно противоречит (как мне кажется), тому, о чем говорили Вы, батюшка, в своих проповедях.

Например:


Определив, сколько было возможно, на основании достоверных свидетельств вид того первоначального креста, на котором распят был Господь наш, и сказав, что представлялось нужным о титле и подножии на кресте, скажем теперь, кстати, несколько слов и о том, из какого дерева был сделан этот первый Честной Крест и что случилось с ним по снятии с него пречистого тела.

По достоверным известиям древних римских писателей, крест, который большей частью носил на себе презрительное имя «несчастного дерева» (arbor infelix), всегда [изготавливался] из дерев так называемых несчастных и проклятых (arbores infelices damnataeque religione), но никогда – из дерев лучших, которые большей частью у римлян посвящены были богам (например, дуб – Юпитеру, лавр – Аполлону, олива – Минерве, мирт – Венере, тополь – Геркулесу, певг – Цибеле и пр.) или употреблялись на делание кумиров (например, дерева: персиковое, кедровое, виноградное). Из дерева, приносимого в дар богам, сделать крест – позорное орудие смерти – значило, по мнению язычника, оскорбить богов. К числу таких «несчастных дерев» относились некоторые дерева безплодные, дикие, колючие. По всей вероятности, на одном из этих проклятых в народном мнении дерев пострадал и Спаситель наш. Из евангельской истории мы знаем, что воины, в распоряжение которых отдал Пилат Иисуса Христа, для того, чтобы в удовлетворение народу больше обезславить Господа и надругаться над Ним, сплели Ему и возложили на главу Его венок (быть может, по обычаю римских царей, которым придавали лавровые венки, как видно на монетах) не лавровый или дубовый или какой-нибудь другой, бывшие обыкновенно в употреблении, а терновый, как венок из такого деревца, которое по своей колючести и безплодию почиталось презренным. Если поступлено было так в этом случае, то почему [же] сделано было иначе, совершенно напротив в избрании древа для самого креста? И там и здесь, конечно, была у римских воинов и иудеев одна цель с исключением всякой другой: безславие и страдание приговоренного к крестной казни – следовательно, если сделан был из терния венок на главу Спасителя вместо венка из дуба или лавра, как было обыкновенно, то отчего бы им нужно было сделать самый крест из хорошего дерева, а не из худого и презренного? Притом, если бы на крест Господа употреблено было дерево не обыкновенное, если бы в избрании его случилось что-либо особенное, то святые евангелисты не оставили бы этого без замечания, так как, например, они заметили, что тело Христа Спасителя положено было в новом гробе. Не говорим уже о том, что римские воины не имели со своей стороны побуждений употребить особенное, лучшее дерево для креста Господня. По какой-то непонятной причине они были слишком ожесточены против Него: говорили Ему насмешливые приветствия, били по главе тростью и по щекам, плевали Ему в лицо и, становясь на колени, кланялись Ему. Чего же хорошего можно было надеяться от них? Кроме того, Спаситель приговорен был ко кресту как преступник, и большинство бывшего на позоре распятия народа вместе с воинами смотрело на Него так же неблагоприятно: не много избранных было тут, которые или от души верили, или только догадывались, что это – не обыкновенный человек, а Сын Божий; самая большая часть видела в Нем обыкновенного человека, а именно преступника, достойного казни. Из обстоятельств, последующих за распятием, видно, что даже мимоходящие путем голгофским дерзко насмехались над Спасителем, кивая головами. Висящие со Христом разбойники, кажется, едва ли не были оставлены без внимания от неистового народа; может быть, он высказывал даже чувство жалости к ним. Все устремлены были против Того, Кто висел на среднем кресте, потому-то, между прочим, един от обешеною злодею вместе с народом хулил Спасителя. Поэтому можно ли даже думать, что на крест такого презренного, по мнению воинов и народа, человека употреблено было особенное, лучшее перед другим, дерево? Судя по непомерной злобе и ожесточению иудеев, которые, конечно, поджигали своими клеветами и воинов, скорее и с большей основательностью можно подумать, не употребили ли на крест Господа самого треклятого дерева, если только оно было, самого худшего и презренного? Действительно, он сделан был из презренного дерева – из такого, из какого сделаны были и кресты распятых со Христом злодеев. Это подтверждается историей обретения Креста Господня и свидетельством свт. Григория Нисского, который, в свою очередь, основывался на всеобщем мнении народа.

По обретении Креста Господня вместе с двумя крестами распятых со Христом злодеев первый без чудесного указания Божия не мог быть отличен от последних. Это обстоятельство заставляет думать, что или крест Спасителя сделан был из таких же дерев, из каких обыкновенно делаемы были кресты злодеев, или на кресты распятых со Христом злодеев употреблены такие из лучших родов дерев, какие желают видеть в составе креста Господня наши мнимые старообрядцы (о чем речь будет в конце). Но последнее невозможно по обычаям римским, а первое, по этому самому оставаясь верным, подтверждается еще [и] тем, что обретенный Крест Христов в глазах очевидцев не имел тех качеств в физическом отношении, какие усматривают в нем люди позднейшего времени. Христиане IV века видели сами и во услышание всех возвещали, что древо, входящее в состав Креста Господня, принадлежит именно к таким родам дерев, которые в мнении людей почитаются достойными презрения. Не многие, правда, из отцов IV века передают нам такое мнение своих современников о древе Креста Господня, но тем не менее это достоверно. Святитель Григорий Нисский на основании всеобщего, дошедшего до него слуха, не сомневаясь, относит Животворящее Древо Креста Господня к древам презренным. «Обращая внимание, – говорит он, – на многие из предметов церковных, хотя презренным видишь в них то, что подлежит взору, но между тем велико то, что они производят... И Древо Креста Господня всем человекам спасительно, несмотря на то что есть часть, как я слышу, древа презренного и многих безчестнейшего». Одно это свидетельство знаменитого богослова и отца Церкви IV века по всей справедливости заслуживает полного доверия.

...

Мы возложим на себя труд в заключение своего сочинения разобрать и их основания, по которым они чтят только восьмиконечный крест и презирают четвероконечный, чтобы не оставалось более никакого предлога к противоречию и упорству и чтобы, отняв подпоры, на которые они опираются, ниспровергнуть их заблуждение окончательно. Основания эти двух родов: одни – такие, которые вовсе не могут служить основанием для их учения, будто бы истинный крест есть только восьмиконечный трисоставной – из певга, кедра и кипариса; другие действительно могут служить некоторым основанием, но если ближе вникнуть в эти основания, то и они не будут иметь значения.

К первым [основаниям] относятся:

1. Сказание пророка Исайи (Ис. 60:13) о трех древах ливанских: кедре, певге и кипарисе. Мнимые старообрядцы относят эти слова св. Исайи ко кресту и думают, что пророк предсказал в них о трех древах, то есть о трех составах крестных. Но кто им дал право понимать слова пророка так, как не понимали их святые отцы? Это произвольная натяжка. Вот подлинный смысл этих слов по блж. Феодориту. Изъясняясь, по обычаю, кратко, он говорит: «В кипарисе, и певге, и кедре. Вероподобно есть, что сие и в первом храме было, и оные, то есть иудеи, паки из Ливана древа сносили». Это изъяснение, по которому древа кедр, певг и кипарис прилагаются к храму иудейскому, а не ко кресту, скажем вместе с преосв. Никифором, точно и сообразно с самым делом, потому что заимствовано из самого Священного Писания. Еще смысл этих слов не о древах крестных ясно сказал свт. Кирилл Александрийский.

2. Повесть о чудесном дереве, выросшем из семян запрещенного древа, посаженных Сифом на могиле Адамовой, и совмещавшем в себе будто бы три различных дерева: певговое, кедровое и кипарисное. Это дерево, чудесно сохранившись в продолжение множества веков, наконец будто бы употреблено на Крест Спасителя. Об этой повести можно читать подробно у свт. Димитрия Ростовского в его «Розыске».

Но, не заставляя Господа Бога творить чудеса всегда, когда только нам вздумается, приведем себе на память слова бытописателя: И рече Бог: да прорастит земля... древо плодовитое, творящее плод, ему же семя его в нем по роду на земли. Разве слова эти были сказаны напрасно? Без всякого сомнения, нет: слово Господне не возвращается к Нему тоще, и Моисей прибавляет вслед за этим: И бысть тако, то есть земля в то же время стала произращать всякую траву и всякое дерево, у которых семя было в них самих не иначе, как отдельно – по роду и по подобию, то есть семя травы или дерева известного рода производило траву же или дерево, но только отдельно ту траву или то дерево, которое заключалось в природе семени. Да и что это за дерево, которое, происшедши из трех семян, совмещает в себе три дерева – певговое, кедровое и кипарисовое? Это химера, как химерой было бы и то, если бы сказал кто-нибудь, что существует животное, принадлежащее по составным частям своим к трем различным видам животных – например, льва, дракона и козы. Укажут ли на всемогущество Божие? Но оно не творит чудес без нужды, оно не нарушает действия своих законов, когда нет к тому особенных побуждений со стороны Его премудрости, благости и любви. А что за нужда была произращать по особенным законам такое чудесное дерево? Заставлять же Бога хранить его на земле несколько тысяч лет для того, чтобы потом люди пригвоздили на нем единородного Сына Его – не чудеснее ли это самого произращения? Опять нет ни малейшего сомнения в том, что всемогущество Божие, все сотворившее и все содержащее сильным словом своим, весьма легко может сделать это. Но нужно ли это, достойно ли это Господа Бога? И почему же Библия молчит о таком чудесном богопроизращенном и богохранимом дереве? Почему не читаем мы пророчеств о нем, не слышим похвал такому треблаженному древу от мужей ветхозаветных, могших проникать в тайну уничижения и страданий будущего Мессии? Нет, пусть эта благочестивая повесть, не записанная нигде в книгах священных, останется только устной повестью, не переходя на степень исторической, достоверной истины. В христианстве, конечно, было, есть и может быть впредь много великих чудес, но принимать без разбору все ходящие по устам предания о них, не засвидетельствованные мужами богопросвещенными, нельзя.

К основаниям другого рода относятся прямые слова некоторых церковных песнописцев, что Крест Христов будто бы действительно сделан был из кедра, певга и кипариса. Вот, например, эти слова из двух седальнов в среду и в пятницу на утрени: Церковь вопиет Ти, Христе Боже, на кедре, и певге, и кипарисе покланяющися Тебе. На кипарисе, и певге, и кедре вознеслся еси, Агнче Божий, да спасеши покланяющияся вольному Твоему распятию. Как же примирить эти слова церковных песнописцев с тем, что в самых вещах передает нам вся церковная христианская древность, о чем такое множество свидетельств древнейших, и уважаемых отцов, и писателей церковных? Преосвященный Никифор, приписывая означенные два седальна, на которые ссылаются мнимые старообрядцы, Иосифу, архиепископу Фессалоникийскому (ум. в IX веке в ссылке), говорит: «Вероятно, есть, как нам кажется, что кто-нибудь из писателей позднейшего века, а может быть, и сам вышеупомянутый Иосиф, архиепископ Фессалоникийский, первый думал, что пророк Исайя, о Кресте пророчествуя, означенный текст сказал и потому оного текста слова ко кресту применить хотел – по нем и другие, кому было угодно, то же повторили».

Кроме Иосифа, архиепископа Фессалоникийского, преосв. Никифор вслед за указанием наших называющихся старообрядцев называл еще свт. Германа, патриарха Константинопольского, по прозванию Младший (ум. 1254), и св. Григория Синаита (более позднего времени) и говорит, что «сии последнейших веков люди суть первые, кои своими сочинениями сей смысл (слов Исайи пророка о трех древах) объяснили, потому что ни у древнейших отцов, ни у древнейших церковных историков ничего подобного словам этих трех мужей он не нашел». Значит, мнение о трех древах креста внесено в церковные песни в позднейшее, не так отдаленное от нас время, и именно от неправильного толкования слов пророка Исайи.

Далее, такое мнение самих церковных песнописцев о трех древах производят еще от особенного почитания Креста Христова. Ибо, когда христиане при святом благочестивейшем царе Константине начали иметь в великом достодолжном уважении образ креста, «потщалися и то чести его приложити, чтобы он не из худого вещества, но из самого лучшего составляем был, именно если не из сребра и злата и прочих драгих веществ, то по крайней мере от древ честнейших, а поелику из древ честнейший суть кедр, певг и кипарис, яко благовонии и не гниющая, из тех наипаче творяху кресты и наполнили теми крестами церкви, домы и прочая знаменитая места. Другии потом, видяще в церквах и на себе соделанные от сих древ и творимые образы крестов, возмнели простотою своею без всякого испытания, что и самый Крест, на нем же Господь наш пострада, из сих трех древ составлен был. А песнописцы церковные, видяще таковое народное мнение о древах Креста Господня и не испытующе о том, но тщащеся, како бы тропари свои украсити, написаша, яко на кедре, и певге, и кипарисе Господь наш распят бысть. Сие есть начало мнения о древах крестных, и от него вина песнописцам церковным, поелику иного основания сему невозможно сыскать в Божественном Писании, и в древних отцех, и в истории церковной».

Батюшка, как поступить с книгой?

Ваш духовный сын
Дионисий

 

 

ОТВЕТ ОТЦА ОЛЕГА

Воистину Воскресе Христос Бог наш!

Мир тебе, Дионисий!

Что касается книги студента духовной академии Ивана Сергиева, то мы воздержимся ее выставлять. Это всего лишь диссертация с личным мнением благочестивого студента, а не книга, написанная святым человеком по откровению. Иван тогда сильно был увлечен ревностью против старообрядцев и их мнений. Но далеко не все мнения старообрядцев противны истине. Излишняя же ревность сыграла в данном случае злую шутку. Должно все делать ради истины, а не ради доказательства чьей-то неправоты или для поддержания своих личных идей. У Ивана все написано в соответствии с внутренней логикой и убеждением, но это не духовно и не по откровению от Бога. По-видимому, в данном случае Иван не молился Богу о вразумлении, но доверился своему пониманию и чьему-то мнению. Думаю, что сегодня в Царстве Небесном он все знает истинно. По его логике человеческая обыденность преобладала в деле выбора Креста Господнего, т.е. Бог не вмешивался в дела людей, а те по обычаю использовали "несчастное или проклятое" дерево из презренных пород.

Я не могу принять этой ошибочной мысли, ибо Господь Бог столько раз в Ветхом Завете прообразовывал Крест и его силу, что невероятно представить, что Он не промыслил о веществе этого удивительного и счастливого для нас, христиан, Жертвенника и Оружия. И Жертвенник в Храме Ветхого Завета и оружие воинов делались не из презренных веществ, но из лучших!

А как же быть с историей происхождения Креста Христова, основанной на древнем предании Церкви: Авраам сеет по внушению Божию три дерева – кедр ливанский, певг (сосна) и кипарис – и повелевает Лоту поливать их в качестве епитимьи за его невольный грех, допущенный с дочерьми? Затем эти три дерева срослись в одно. Все возражения молодого академиста о невозможности сращивания деревьев различных пород несостоятельны и противоречат опыту, имеющему место в природе. У животных смешение пород более ограниченно, чем у растений, но тем не менее можно создавать тупиковые виды, такие как, например, ишаки (конь и ослиха). После отшествия о.Иоанна подобные гибриды делал с деревьями Мичурин. Известно, что он выращивал яблони, несущие груши, и груши, несущие яблоки. Так что тут нет ничего чудесного. Три дерева, посаженные Авраамом, срослись промыслом Божьим в одно естественным путем. При этом они не смешались в нечто среднее, а переплелись в триединое дерево, где при единстве дерева четко просматривалось лицо каждой породы! А это уже ясный образ триединого Бога Пресвятой Троицы. Далее это дерево срубили для постройки Храма при Соломоне, но оно не подошло своим диаметром. Его по промыслу Божьему бросили в овечью купель при храме, где оно лежало сотни лет до пришествия Христа.

Когда ненавидящие Христа первосвященники, фарисеи, саддукеи и книжники добились осуждения Христа на позорную казнь через распятие, тогда они по промыслу Божьему вспомнили о необычном дереве, лежащем в овечьей купели. Движимые ненасытимой злобой ко Христу они не поленились достать это тяжеленное мореное дерево, потратить деньги на его обработку и изготовление из него креста, а также на то, чтобы убедить Пилата употребить именно это дерево. Рассуждения о почтении хороших пород деревьев язычниками в данном случае не работают. Во-первых, крест предназначался не римским рабам, а чужестранным иудеям. Во-вторых, крест этот предназначался не для обыкновенного человека или преступника, но для персоны царского достоинства, не говоря уж, что для воплотившегося Бога (как бы к этому кто ни относился). Пилат, например, подчеркнул это собственноручным написанием на трех языках "Иисус Назорей Царь Иудейский", а также отказом иудеям, просивших его изменить эту надпись, объявлявшую Иисуса царем, на такую, которая бы показывала всем, что распят самозванец. В этом поведении Пилата можно увидеть не только некоторую его месть иудеям за их на него давление и угрозы жалоб императору, но и промыслительное действие Бога Отца о Сыне Своем и всем творении Своем. В этом также видна предусмотрительность Пилата против возможных обвинений в его адрес по поводу употребления для Креста Христова благородного сорта дерева. Пилат бы оправдался тем, что распяли против его желания и Римского права (по иудейским обычаям и законам) не простого человека (а тем более – преступника), а царя, которого многие почитали за Бога. Это он и подчеркнул собственноручной надписью на Кресте Христовом (на табличке).

Рассуждения некоторых отцов о презренном древе нужно понимать в отношении назначения креста (орудия казни рабов и варваров), а не пород деревьев, используемых на изготовления крестов. О породах древесины написано только в отношении кедра, кипариса и певга. В отношении другой породы дерева (низкого сорта) никто из древних отцов ничего не писал. Не думаю, что римляне употребляли хорошие породы дерева только на изготовление идолов. Они шли на мебель, стулья, скамьи и многое другое. Выходит, сидеть седалищем на месте из благородного дерева – не обидно идолам, а вот распинать людей – оскорбление? Я полагаю, что какие деревья подворачивались, те и шли в ход. Неубедительны ссылки на обретение трех крестов святой царицей Еленой, что, мол, Крест Христов не выделялся от двух других. Формой он не выделялся, а табличка была в стороне. Качества же деревьев по сроку их давности и лежания в земле определить на глаз не было возможным. По-видимому и деревья для разбойников были сделаны из негниющих сортов дерева, которых было много в Палестине. К тому же, Иван упустил из виду то обстоятельство, что само Честное Древо Креста Христова хранилось тогда в Церкви в нескольких местах, в том числе в Гатчине, в России. Вот почему очевидцы могли бы видеть состав этого древа. Если бы оно было низкопородное, то это не только бы подвергло его быстрому природному истлению, но и молва об этом быстро бы разнеслась повсюду. Как иначе могло бы быть, если на службе люди слышат одно, а в жизни видят другое?

Недопустимы рассуждения Ивана в отношении более поздних святых, которые писали о трехсоставности Креста Христова, что и внесли в богослужебные тексты. Эти ошибочные рассуждения не только вносят смущение в отношении богослужебных текстов, принятых и употребляемых Церковью (что они, дескать, небогодухновенны и от того сомнительны и ошибочны), но и унижают достоинство поздних святых, а вместе с ними и вдохновляшего их Господа Бога Святого Духа. По мнению академиста Ивана поздние святые более ущербные, менее святые и благодатные, чем их предшественники и ранее жившие отцы. Это вредное и ложное мнение в свое время прекрасно обличил и опроверг преподобный Симеон Новый Богослов. Оно было весьма расхожим в его время. Сам святой отец Иоанн своим примером опровергает эту ложную мысль, ибо он по силе духа, чудесам и святости превзошел многих древних отцов. К тому же, если это его рассуждение применить против него самого, то ему должно по поздности его происхождения (19 век) вообще молчать по отношению к отцам 9 века.

Итак, во всем описанном мной происхождении Честного и Животворящего Древа и Креста Христова видна рука Божьего промысла. Я читал об этом предании в церковных источниках и полагал, что также и в книге о.Иоанна "О Кресте Христовом", которую когда-то имел. Книга была подписана не именем студента Ивана, а отцом Иоанном Сергиевым и была более позднего издания. Может быть, позже отец Иоанн нашел другие источники о Кресте и исправил свое ошибочное мнение в позднем издании? Это надо проверить, если Бог даст такую возможность. Пока мы имеем дело с диссертацией студента духовной академии.

 

 

Приложение

 

Пророк Исаия предсказывал: "Слава Ливана придет к тебе, кипарис и певг и вместе кедр, чтобы украсить место святилища Моего, и Я прославлю подножие ног Моих" (Ис. 60, 13). В православном богослужении это пророчество относится к Честному Древу Креста Христова (третья паремия на Воздвижение). Богослужебные тексты называют Крест Христов кипарисом, певгом и кедром.

 

 

"Яко изволил еси распятися на кипарисе, и на певге и кедре, плотию совоздвизаем" (Воскресный канон 2-го гласа, песнь 5).

 

 

"Яко кипарис милосердие, яко кедр же веру благовонную, яко певк истинную любовь приносяще, Господню Кресту поклонимся, на нем славяще Избавителя пригвоздившагося" (Постная Триодь, среда четвертой недели, утреня, канон Преполовению и Кресту, песнь 7).

 

 

"Праведный Лот, племянник праведного Авраама, после бегства своего из Содома пал в прелюбодеяние со своими дочерьми. Проснувшись и осознав свой грех, он пошел к Аврааму на покаяние. Авраам в знак прощения дал три посоха, данные ему Святой Троицей, и сказал, чтобы он посадил эти посохи и поливал водой, и когда появятся листочки, дерево оживет – то будет знамением его прощения.
Около 40 лет (есть предание, что 33 года) нес Лот труды: возил воду из Иордана на осле и поливал эти посохи. Но часто искушал его диавол, принимая вид человека, просил пить и выпивал всю воду, и приходилось Лоту снова возвращаться на Иордан.
И вот три посоха, три древа (кедр, кипарис и певг – сосна) срослись в одно, в единый ствол с тремя разделениями наверху – триединое дерево – образ Святой Троицы. Лот понял, что грех его прощен. И выросло дерево очень красивым. Когда царь Соломон заканчивал строительство храма, ему нужно было большое дерево, чтобы положить на крышу святого храма, и подходящим нашли именно дерево Лота. Пришли, спилили его, но пристроить так и не смогли, ибо дерево постоянно менялось в размерах – то сокращалось, то увеличивалось. И, приписав это греху Лота, решили, что оно отвергнуто Богом, и выбросили его в Силоамскую купель (или, по другому преданию, Овчую), где оно пролежало 700 лет. Пришло время спасительный страданий Господа Иисуса Христа, вспомнили и про это отверженное дерево, и рассудили фарисеи, что раз это древо греха, то из него нужно изготовить крест для преступника, причисленного к злодеям, что и сделали"
(Акафист Животворящему Кресту Господню, Москва, 2005).

 

 

"Вот, слушатель мой, я по силе моей собрал три поленца благовонных деревьев, оставшиеся во имя Святой Троицы как бы от креста Христова, когда его делали.
Первое – кедровое, в знак любви к Богу Отцу, чтобы любить Его мудро и всей душой.
Другое – кипарисовое, в знак любви в Богу Сыну, чтобы любить Его всем сердцем сладко.
Третье – финиковое (которое святый Киприан полагает вместо певгового), в знак любви к Духу Святому, чтобы любить Его всею мыслию или крепостию, то есть, всегда, постоянно и тепло.
Желающему можно и больше собрать тех духовных деревьев и разгореться любовью в Богу. Мы же, довольствуясь ныне и этими, скажем: Аминь."
(Святитель Димитрий Ростовский. Проповеди и поучения по Пятидесятнице – в неделю 15-ю по Пятидесятнице, и в день отдания праздника Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня)

 

 

По преданию монастыря Святого Креста на Святой Земле Крест Христов был сделан из единого древа, так как ветви кипариса, певга и кедра – трех вечнозеленых деревьев, дарованных тремя Ангелами праотцу Аврааму – срослись. В монастыре Святого Креста указывается место, где выросло дерево, из которого сделали Крест на распятие. По преданию, храм над местом произрастания этого таинственного дерева и монастырь были построены и подарены святым императором Константином Великим грузинскому царю Мириану, обращенному в христианство равноапостольной Ниной. На фреске при входе в храм изображено дерево с тремя сросшимися стволами, и поливающий его Лот.

 

 

На месте, где произрастало дерево, из которого был сделан Крест Христов, находится монастырь Честного (Святого) Креста. Он был построен в IV веке Константином Великим, и основанию его послужило следующее предание. Племянник Авраама, праведный Лот, после бегства из Содома получил от Авраама три отростка деревьев: кедра, сосны (певга) и кипариса. Он их посадил и прилежно поливал 40 лет водой из Иордана. Три деревца срослись в одно, и выросло большое дерево. При постройке храма Соломонова срубили и это дерево и доставили на постройку, но в дело оно не пошло и сохранилось до времени осуждения Христа на казнь. Из этого-то дерева и был сделан Крест Христов. И по сей день место, где произросло древо Креста, сохраняется позади главного алтаря и обозначено серебряным кругом.

 

 

 

 

 


Главная страница сайта Печать страницы Ответ на вопрос Пожертвования Персональный видеоканал отца Олега Вниз страницы Вверх страницы К предыдущей странице   К вышестоящей странице   К следующей странице Перевод

Flag Counter
Код баннера
Сайт отца Олега (Моленко)

 
© 2000-2017 Церковь Иоанна Богослова